Поговорим о нюансах?

08.05.2019

Igumen_Evseviy_TyuhlovEsli_v_hrame_vam_lyudi_meshayut_to_problema_3928914big.jpg

Порой, когда подходишь после долгого ожидания к исповеди и оставляешь за спиной еще немалое число ожидающих своей очереди, не решаешься говорить о чем-то что не относится напрямую к исповеданию грехов, а имеет отношение к нюансам духовной жизни, к вопросам, ответы на которые не удалось найти в прочитанных книгах. Куда пойти со своими вопросами? Можно поговорить со священником после богослужения, можно пойти на встречу с пастырем, которые довольно регулярно устраивают сейчас на православных фестивалях и выставках. На одной из таких встреч прихожане смогли пообщаться с наместником Лавришевского монастыря в Белоруссии игуменом Евсевием (Тюхловым). Речь пошла о взаимоотношениях с духовником и доверии Богу, о словах и молчании, о любви и боязни за близких.

 

О духовнике
и собственной ответственности

– Если мы говорим о духовнике и его чаде, то между ними, в первую очередь, должна быть духовная связь. Эти отношения особенные, потому что их объединяет Бог, как, например, объединяет мать и ребёнка, отца и сына, и близких наших сродников родственная, физическая связь. Духовная связь на порядок выше и важнее, потому что дело идет о спасении души. Всё очень серьёзно. И поэтому себя надо на эти отношения настраивать.

Нам всё время хочется видеть в духовном отце лидера, старца, человека, который духовно образован и ответит на любой вопрос. Но мы в некотором смысле заблуждаемся. Во-первых, духовный отец – это не лидер. Это не палочка-выручалочка, которая возьмёт на себя всю ответственность за своё духовное чадо и будет решать любую жизненную проблему и какие-то бытовые вопросы.

Поэтому если мы говорим об отношениях с духовным отцом, то мы должны иметь в виду, что они должны быть исключительно духовными. Тогда между отцом и чадом возникнет особая связь: духовник, руководимый Духом Святым, и чадо, прежде вопрошания творящее молитву. Тогда через Духа Святого духовник отвечает на вопросы, но опять же – духовного характера. Это очень важно. И прежде чем настроить себя на эти отношения, мы должны понимать, что должно быть послушание, доверие, любовь к своему духовному отцу. Если мы с самого начала этого пути питаем недоверие, то отношения лучше не продолжать.

Как искать духовного отца? Это непросто. Еще святитель Игнатий Брянчанинов сто лет назад сказал, что духовников как таковых нет (и это он говорил о своём времени). Что тогда говорить о нас, когда мы потеряли преемственность духовную. Кроме того, мы путаем духовника с духовным отцом. Это две разные категории. Духовник – это священник, который служит на приходе и принимает исповедь у прихожан. Он отвечает на вопросы, даёт рекомендации, как врач, но человек вправе слушать или не слушать, взять во внимание или нет. С духовным отцом всё иначе. Он может требовать от своего духовного чада полного послушания, отказа от своей воли, доверия ему. Поэтому очень важно прежде вопрошания молиться.

Igumen_Evseviy_TyuhlovEsli_v_hrame_vam_lyudi_meshayut_to_problema_8516453big.jpg

Дистанцию, конечно, мы должны соблюдать. Часто случается, что она нарушается, и духовные отношения переходят в душевные, а потом и в обычные дружественные, не приносящие никакого плода. Чтобы этого не было, важно задавать вопросы духовного характера.

 

 

О слове и молчании

– Молчание – золото. Говоря от своего ума, мы должны помнить, что порой из-за беспорядка в нашей голове слушать нас становится просто невыносимо… Мы заражаем людей своими больными мыслями и чувствами…

Если в нас говорит любовь, тогда наше слово будет весомым и сможет повлиять на сущность другого человека, изменить его в короткий срок. Особенно это важно при воспитании детей. Мы должны думать о том, что у нас на душе, когда хотим что-то сказать. Если мы испытываем раздражение, то лучше промолчать, успокоиться, помолиться и потом уже что-то сказать. Тогда слово наше будет действительно добрым. Но если мы в порыве гнева начнём воспитывать, прогибать человека, знайте, что это вызовет противодействие. И вместо добра обратно вы получите искажённое добро, которое прозвучало от вас.

 

О навязчивых мыслях
и хульных помыслах

– Кто первый похулил Бога? Сатана. Именно он пытается нам навязать подобные помыслы. Тонкость борьбы в том, что дьявол пытается убедить, что все эти помыслы самого человека. Человек начинает унывать, и в этом состоянии опускает руки и не может дальше бороться. А уныние – это как паралич: движение вперёд останавливается. И враг это понимает. Чтобы исключить эту возможность воздействия, полезно на такие помыслы не обращать внимания.

Из своего опыта скажу, что в первые годы воцерковления, когда мне было лет двенадцать-тринадцать, я страшно мучился от хульных помыслов. Особенно они начинались во время молитвы. Как на молитву встану – пот градом течет, не могу противостоять; настолько противно… И я по незнанию своему так переживал, что даже порой себя бил.

Вдруг открываю книжечку дореволюционного издания, и там как раз пишется об этой хитрости врага и том, чтобы не обращать на неё внимания. И я понял, что в этом выход. И как только я перестал обращать внимание на эти мысли, они ушли. Например, дует ветер в поле, разве вы его можете остановить или изменить его направление? Нет, конечно! Какой смысл пытаться остановить поток воздействия этой мысленной брани? Да плюньте на это и не обращайте внимания. Откуда пришёл помысел, туда он и уйдёт.

И это очень важно. Если вы это поймёте, считайте, что вы побороли навязчивые помыслы.

Бывает, что хульные помыслы приходят по грехам. И главная причина – в осуждении. Когда мы начинаем мнить, что мы из себя что-то представляем, можем учить, обличать, наказывать, тогда Господь попускает блудные или хульные помыслы в наказание за то, что позволили себе проявить дерзость осудить человека.

Разве Христос кого-нибудь осуждал? Вспомните, когда иудеи привели к Нему блудницу – Он сидел и палочкой писал на песке. Святитель Иоанн Златоуст говорит, что в этот момент он писал грехи стоящих вокруг людей. Поэтому они не нашли в себе мужества сказать, что они без греха… Христос является для нас примером. Если Он не берется осуждать, почему же мы дерзаем это делать? Ведь и нас Он тоже не осуждает, терпит.

 

О внимании

– Как молиться, чтобы не рассеивалось внимание – непростой вопрос. О технике внимания много говорили святые отцы. Но если в человеке нет смирения, ему ничего не поможет, как бы он ни пытался сосредоточиться. Иногда люди зацикливаются на внешнем и пытаются создать себе условия для молитвы: закрывают двери, отгораживаются от всех… Но как бы мы ни подготавливали себя к молитве, если в нас живет гордость, она будет нас истощать. Мы никогда не сможем сосредоточиться.

Igumen_Evseviy_TyuhlovEsli_v_hrame_vam_lyudi_meshayut_to_problema_3092682big.jpg

И поэтому примером может служить молитва мытаря. О чем он думал? Только о грехах и о прощении их. «Боже, милостив буди мне, грешному», – единственное, что звучало в его душе. И благодаря этому Господь наделял его вниманием к молитве. Поэтому главное средство для молитвы – смирение. Смиренный человек молится сосредоточенно.

Можно, конечно, по учению святых отцов склонять голову, садиться, молиться, проникая в глубины своей души. Но на самом деле всё не так просто. Эта рекомендация для людей, которые достигли определённого уровня: послушания, смирения, покорности воле Божьей. И поэтому, когда человек приходит подготовленным к Богу, Господь наделяет его благодатью, а она, в свою очередь, помогает молиться искренне и сосредоточенно.

 

О восприятии Бога

– Мы все по-разному ощущаем Бога. Если обратиться к святоотеческому пониманию, то видно, что отцы проживали отношения с Богом особенным образом. То, что мы пытаемся создать вокруг себя: иконы, фрески, располагающие к молитве – это в своём роде выражает нашу слабость. На самом деле Бог вездесущ, и мы должны испытывать Его присутствие, прежде всего, в самих себе. И когда святые отцы говорили, что Он ближе, чем наша нательная рубашка, то даже в эти слова они вкладывали глубокий смысл.

Бездуховных людей не бывает. Пока в нас есть дух, значит, в нас есть частичка Бога. Мы несём Его в себе, даже если мы деградировали как личность – всё равно Бог в нас, и мы можем в любой момент Его найти. Стоит только обратиться к Нему, и Он тут же напомнит о Своём присутствии, что очень часто и бывает.

Был случай, когда одна блудница проходила мимо больного ребёнка. Ей стало его так жалко, что она встала на колени и стала молиться: «Господи, Ты видишь, какая я грешница! Но помоги этому несчастному ребёнку!» И ребёнок исцелился. Она не святая, а простая женщина, да ещё и грешница; обратилась, тут же получила ответ от Бога. Поэтому Его присутствие мы можем в себе ощутить, как только этого захотим. Он никем не гнушается. Он доступный для каждого человека. Если мы это в себе осознаём, достаточно просто открыть сердце, и Господь пойдёт к нам навстречу.

Вспомним преподобную Марию Египетскую. У неё не было ни икон, ни книг, она даже Священное Писание никогда не читала, однако знала его на память; а когда молилась, поднималась на воздух, потому что присутствие Бога у неё было реальным – она созерцала Его своими духовными глазами. И вот это видение Бога – самое правильное. Таким оно должно быть у каждого человека. И если вдруг мы, встав на молитву, не испытываем присутствия Бога, то это не от того, что место какое-то ненамоленное, неблагодатное или ещё какое-то. Это проблема внутри нас.

Кстати, по этому поводу отец Ефрем Ватопедский в своих беседах с братией говорил: «Если в храме вы испытываете неудобство от того, что вам люди мешают, то проблема внутри вас. Значит, или смирения нет, или благоговения, или страха Божьего». А если мы говорим: «Ой, мы в храм тот не пойдём – там людей много. Чуть ли не по головам ходят. Я себе найду такое место, чтобы можно было сосредоточиться, помолиться», – молитвы не будет, если мы бегаем от трудностей.

Наоборот, заставьте себя выстоять службу. Это будет способствовать духовному упражнению – терпению. Это же хорошо, когда тебя пожмут, когда семь потов спустишь с себя. За этот день терпения ради вы сделаете больше, чем за сорок лет в свободном, красивом и уютном храме. Этот день вам даст очень много.

 

Об эгоизме и жалости к себе

– Жизнь должна так складываться, чтобы наше христианское смирение было аутентично, а в служении ближним мы не позволяли бы себе осуждения. И это будет противоположно нашему саможалению. Жалость к себе – это проявление эгоизма, внутренняя патология в человеке.

Противоположно саможалению будет и то, что, читая Священное Писание или другую духовную литературу, мы не будем торопиться. А то нам то времени мало, то отдохнуть или поспать хочется. А если вы себя заставите задержать внимание на каком-то интересном моменте, то это принесёт огромную пользу. Когда вас что-то заинтересовало, не торопитесь, не пробегайте это место. Это займёт несколько минут, а вы в себе победите саможаление.

Igumen_Evseviy_TyuhlovEsli_v_hrame_vambig.jpg

В храме похожая ситуация. То посидеть хочется, то выйти… Так что, если позволяет здоровье, мы не должны себя жалеть.

 

О страхе за близких
и доверии Богу

– Страх за детей, за близких, который порой охватывает человека, рождается от маловерия. Это говорит о том, что человек не всецело доверяет Богу. Поэтому для того, чтобы излишне не переживать и не подавлять свой внутренний мир, важно не просто переживать за сына, что естественно, а переживать с молитвой. Переживание как чувство само по себе ничего не дает. Сколько бы вы ни плакали, ни убивались, ни кусали локти и ни рвали на себе волосы – ничего не изменишь. Но если к этому чувству добавить молитву, и даже если вы скажете «Господи, помоги моему неверию», то это уже будет совершенно другое чувство. Тогда вы будете переживать всё по-другому, и обязательно после этого придёт мир в душе. Вы получите утешение, а через некоторое время – помощь своему ребенку.

Поэтому если мы верующие люди, то должны переживать исключительно с молитвой – тогда у переживаний есть смысл. Направьте свои переживания в нужное русло. Переживать хорошо – бесчувственным быть плохо. Но переживающий – с молитвой, с верой – это замечательно. Мы редко можем контролировать свои чувства, особенно это можно отнести к женскому сердцу – сердобольному и милосердному.

Переживать – это нормально, но переживайте с молитвой.

 

Как научиться любить

– Любовь – особый Божий дар. Святые отцы учат, что любить может только человек бесстрастный. А сейчас поднимите руки, кто без страстей? Значит, мы любить не умеем.

Если говорить о чувстве любви, которое мы питаем к своим близким, друзьям, знакомым, родственникам, – это одно. Но если мы говорим о любви высшего порядка, то это возможно лишь человеку, который поборол в себе страсти и прошёл длительный путь очищения, и как дар от Бога научился любить.

Чтобы научиться любить, мы должны как можно больше творить добрых дел, избегать зла и смиряться. Старец Паисий говорит, что как бы мы ни трудились, но если считаем, что совершаем что-то очень важное, то это как отверстие в сосуде: сколько ни лей туда воду, рано или поздно она вся вытечет. Поэтому, как бы мы ни подвизались в добре, без смирения в этой христианской добродетели мы не преуспеем.

А просить у Бога мы обязательно должны. Если мы не исправляемся, то не должны терять надежду, потому что Любовь – это сам Бог.

Очень часто братья у меня спрашивают: «Где найти пример любви? Покажите, как любить, – и я тоже буду!» И не знаешь, что сказать, потому что примера не находишь. Но мы должны знать, что Бог – это любовь, и каждый из нас несет эту любовь в себе. Пусть это капля, но она от Бога, и у нас есть надежда, что из этой капли однажды произойдёт источник любви.

Когда говорят, что любовь оскудела, мир погибнет, избавьте себя и других от этих пассивных гнетущих чувств. Любовь с нами.

Без Бога мы ничего не можем – так свидетельствует Священное Писание. И поэтому, если в нас есть капля любви, значит, с нами Бог. И наоборот: если с нами Бог, значит, в нас есть капля Его любви. И мы не должны отчаиваться. Пусть она несовершенна, пусть мы далеки от идеала, но все равно у нас есть возможность любить тех, кто рядом с нами. И чем больше мы отдаём человеку добра, тем больше вероятность нам научиться любить. А если мы ещё и у Бога будем просить любви, то достигнем желаемого.

 

Про «стеснительную» любовь

– Любовь не может стесняться. Помимо того, что она не раздражается, не гневается, не мыслит зла, не может ненавидеть, она не смущается. Любовь – она открытая, простая, как прост Сам Господь. Иногда мы сами подменяем суть любви и не понимаем, что это такое. В нашем представлении любовь должна быть какая-то скромная, но она не слабая – она сильная. И если она свидетельствует о себе, то свидетельствует в голос, ничего не боясь.

Если человек хочет позаботиться о ближнем, то он заботится; если говорит правду, то говорит так, как оно есть, и нисколько не боится. Поэтому любовь открыта и проста. А если она не такая, то, значит, это не любовь.

Мы с вами не святые, однако иногда играем в святость – мним о себе высоко, говорим о таких важных вещах, как любовь, молитва… К нам как-то приезжал один монах с Афона. И в беседе его спросили: как молиться? как любить? А он говорит: «Вы лучше бы меня спросили, как есть или как спать. Зачем о таких высоких вещах спрашивать?» Человек живёт на Святой Горе и понимает, что молитва и любовь – дары Божии.

В основе материала –
публикация сайта «Собор.by»,
подготовленная инокиней Иоанной (Панковой)

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓