«Радует каждое наступившее утро»

09.11.2021

0756ba33440670fc5b1c54003aff5414.jpg

О том, как тяжелые обстоятельства жизни помогают радоваться каждому дню, как бывает сложно помочь в несчастье, об опасности лишней строгости и о хлопотной должности ключаря рассказывает протоиерей Владимир Лобов, ключарь Александро-Невского кафедрального собора Кургана.

 

Детство. Отрочество. Юность

– Родился я 20 декабря 1964 года в городе Кургане. Родители в город переехали из сельской местности. Отец работал в автоколонне. Мама сначала была телефонисткой, затем вместе с папой трудилась в автоколонне диспетчером.

Окончив десять классов школы, я поступил в строительный техникум на профессию «техник-механик по ремонту и эксплуатации строительных машин и оборудования». Год проучился – забрали в армию, служил в стройбате в Свердловске. После армии доучился в техникуме. Год проработал на автобусном заводе – сначала мастером, затем замом начальника по смене. Трудновато было, там разговаривали на «трёхэтажном», а меня это коробило (смеётся).

После отпуска ушёл на КМЗ, думал, что там порядка больше. Но там просто больше требовали. Поработал на заводе мастером на заготовке инструментов. Потом девушка – комсорг цеха – ушла в декретный отпуск, меня поставили на её место. Когда она вернулась, я снова пошёл на производство, работал на станке.

В перестроечное время с деньгами стало туго, я ушёл работать в кооператив, где делали плитку под мрамор, потом в другой кооператив – токарем. Последнее время до прихода в храм работал у частника, ездил на «газельке» за товаром в Екатеринбург, Челябинск, Тюмень. Женился в 1988 году. Ирина из Челябинской области, училась в Перми на фармацевта, в Курган приезжала на практику.

 

Церковь в биографии рабочего

И когда в биографии обычного советского рабочего появился Бог?

– Бог у меня был всегда, только на заднем плане. В школе веру в Бога тщательно скрывали, потому что за неё преследовали. А у меня и мама верующей была, и бабушка. Маленьким я у бабушки проводил целые дни, играл, воспитывался и впитывал православную веру. Она меня и крестила в младенчестве на дому, а уже полное крещение с миропомазанием я принял в 1991 году вместе с сыном, которому на тот момент было три года.

В 1999 году протоиерей Аристарх Егошин пригласил меня помогать в Александро-Невский собор.

Что, прямо с улицы?

– Нет, конечно, я сюда ходил изредка на службу, и мама моя – здешняя прихожанка. Сначала определили на клирос, в течение двух недель я там стоял, пытался даже читать, а потом меня взяли алтарником. Параллельно два дня работал в храме привратником.

Первый год было трудно, денег не хватало. Жена была недовольна, потому что сильно проиграл в зарплате. Но из храма не ушёл, ведь сюда я пришёл не в поисках денежной работы, а потому, что у меня проявилась вера в Бога.

Через год и два месяца меня рукоположили в диаконы. Надо было созреть до этого: одно дело – пришёл в алтарь и просто помогаешь, другое дело – ты священнослужитель, там спрос другой. Вот я и настраивался, набирался опыта, учился. Жена потихоньку привыкала к мысли, что будет матушкой.

Рукоположение в диаконы было в 2001 году, 12 сентября, в престольный праздник собора. Рукополагал меня епископ Михаил (Расковалов). «Сорокоуст» (сорок обязательных для новорукоположенного клирика служб – ред.) я не до конца прошёл, получилось только 27 литургий. Посмотрели – претензий ко мне нет, всё более-менее нормально, так что давай в череду вставай (тогда в соборе было четыре диакона).

Через полгода, весной 2002-го, меня рукоположили в священники. Тут я уже полный «сорокоуст» проходил. Потом потихоньку служил, трудился, как мог.

cb0f4d90a9810f1f25fe98dc9454323b.jpg

 

Ключарь – должность хлопотная

А с какого времени вы являетесь ключарём собора?

– С 2005 года, после того как отец Аристарх перешёл в Санкт-Петербургскую епархию. Так и остаюсь им, за исключением того времени, когда в 2012–2015 годах восстанавливался после травмы, полученной в ДТП.

Что подразумевает это послушание?

– Ключарь – это старший священник собора, который отвечает за подготовку и проведение богослужений.

Как эта должность соотносится с настоятельством?

– Ключарь – это помощник настоятеля собора, которым у нас является владыка. Поэтому многие важные вопросы решает он, а я исполняю его распоряжения. Мелкие проблемы решаю сам. Если в чём-то затрудняюсь, обращаюсь к владыке за благословением, как поступить в этой ситуации. Настоятель же все вопросы по своему храму и приходу решает самостоятельно, а к вышестоящему начальству обращается, если что-то выходит за рамки его полномочий.

Быть ключарем – хлопотное дело?

– Да. Прав мало, а обязанностей много (улыбается). Если на службе у прихожан звонят телефоны, это значит, что ключарь и его подчиненные сотрудницы поработали плохо. Мы объявляем, просим отключить или перевести на беззвучный режим, но не все слышат и делают. К тому же наш храм находится в центре города, много так называемых захожан, которые не знают, как себя вести в храме.

Но если Господь человека в храм привёл, то мы не имеем права его выгнать, мы можем лишь подсказать, направить.

Какие из обязанностей ключаря вы выполняете с удовольствием, а какие – потому что надо?

– Никогда сильно не разделял их, потому что понимаю: нужно исполнять всё, что от тебя требуется.

При прежнем владыке у меня обязанностей было гораздо больше, отвечал даже за хор, хотя у меня нет музыкального образования. Клирос спел плохо – ключарь виноват (улыбается). Сейчас у меня голова за хор не болит, есть ответственный человек, который выполняет это дело отлично, я радуюсь, потому что на службе уже только молишься и не думаешь, за что можешь получить нагоняй.

Как ключарь я к службе стараюсь всё приготовить, контролирую, чтобы всё облачение принесли, чтобы икону праздника положили на аналой. Приходится и дежурить по графику, и других иногда подменять.

Помимо обязанностей ключаря вы несете и обязанности приходского священника: совершаете богослужения, исповедуете, причащаете, крестите, отпеваете...

– Конечно. Есть ещё и другие послушания. Я окормляю колонию № 6 в Иковке, езжу туда раз в месяц, мне помогает иерей Константин Балин. Также я несу послушание в епархиальной дисциплинарной комиссии и церковном суде.

Вы пришли в храм, имея за плечами мирское среднее специальное образование. А духовное есть?

– Обучение закончил, сейчас готовлюсь к защите диплома.

 

Жизненные испытания

Вы упомянули об автомобильной аварии, которая повлияла на вашу жизнь. Что произошло?

– В сентябре 2012-го я попал в аварию на скользкой дороге, получил два перелома ноги – в колене и тазобедренном суставе. Долго восстанавливался. Лежал в городской больнице, в Центре Илизарова. Сделали операцию, вроде всё было нормально. Потом воспаление лёгких началось, потом тромбоз. До сих пор не могу восстановиться полностью.

Каждые полгода стараюсь пролечиваться. Ежедневно выделяю время на занятия по растяжке, хожу до гаража и обратно со скандинавскими палками. Мне необходимо как минимум полчаса в день заниматься лечебной физкультурой, потому что у меня «подсела» правая часть тела на полтора сантиметра, растягивать надо всё, начиная с шеи. В организме, оказывается, всё взаимосвязано!

Лёжа на больничной койке, задавались вопросом, почему это с вами случилось?

– Думал, конечно! Для чего-то Господь это попустил, мы страдаем по своим же грехам. Грехов у каждого много – каемся, исправляемся, ошибаемся опять…

После аварии и тяжелого восстановления не было ли мысли уйти на покой?

– Не было. Без храма уже невозможно. Прикипел.

У вас же ещё одно было испытание – пожар в квартире…

– Да, был. Ничего страшного, все живы, даже кошка (смеётся). Правда, она с четвёртого этажа сиганула, только недели через полторы её в подвале нашли. В шоке была, но ничего, отошла. И это попустил Господь для чего-то. Надо терпеть, надо дальше жить, с надеждой смотреть вперёд и помнить хорошее. Идти дальше помогает Господь

Среди прихожан Александро-Невского собора много таких, кто вас считает своим духовным отцом. К вам идут на исповедь, обращаются за советом. На какие вопросы чаще всего приходится отвечать?

– Чаще всего люди спрашивают, как исповедоваться, недопонимая, что является грехом, а что нет. Часто обращаются с житейскими вопросами, как поступить в той или иной ситуации. Помолюсь, а потом отвечаю по мере своего разумения.

А бывает так, что вы не знаете, что ответить человеку?

– Что ответить – с таким пока не сталкивался. А вот как помочь – бывает. К примеру, приходит к тебе человек, вернувшийся из мест не столь отдалённых, который десять-пятнадцать лет отсидел. У него ни работы, ни жилья, а родственники зачастую не хотят к себе пускать, боятся. Чем ему помочь? Жильё выделить не могу, куда-то пристроить – тоже. Ну, подашь небольшие денежки, чтобы он мог пропитаться какое-то время или уехать к родным, и всё.

Имея такой большой опыт, вы, пообщавшись с молодым человеком, желающим стать священником, можете сказать, получится ли у него?

– Из опыта работы в дисциплинарной комиссии могу сказать, что встречались люди, с которыми не было особых проблем, они служили, мы общались. Но это же поверхностное общение – в душу не заглянешь. И случается, что какая-то мелочь, чей-то поступок приводит к решению снять сан и уйти из Церкви. Начинаем разбираться: догматически допустимо, прямых противоречий нет, каноны не нарушены, а человек предпочитает снять сан и жить мирским чином. Просто когда ты берёшь на себя этот крест, нужно стараться донести его до конца.

А в вашей жизни были такие моменты, когда вы пожалели о сделанном выборе?

– Да, такие моменты бывали, но вера в Бога помогала идти дальше. Трудности есть, но нужно терпеть, молиться, чтобы Господь дал силы преодолеть их, иногда нужно смиряться, даже если кажется, что отношение к тебе не совсем справедливое.

Какие события в жизни приводят вас в состояние радости?

– Служба прошла хорошо – уже радуешься, что не наломал дров. Радуюсь, когда на исповедь ко мне приходит человек с искренним желанием исправиться. Радует и каждое наступившее утро – значит, Господь ещё даёт время на покаяние. И погода радует, её разнообразие: то пасмурно, то солнечно, то холодина, а то жара.

Но бывает так, что и священник служит, и хор хорошо поёт, но стоишь в храме, и нерадостно на душе. А должна быть тихая внутренняя радость, чтобы чувствовать себя не на земле, а на небе.

 

Как добрый отец

Вы себя считаете строгим батюшкой?

– Я стараюсь быть лояльным к людям. Если будешь сильно строгим, то человек, не имеющий крепкой веры, испугается, что это тяжело и страшно, и уйдёт к сектантам, где всё просто и весело. К каждому человеку надо относиться по мере его духовных сил, возможностей, духовного уровня. Как добрый отец поступает: немного поругает и тут же похвалит.

И уж если ругаешься, то надо ругать не самого человека, а его поступки. Так люди легче воспринимают, им понятнее и доступнее.

Ваш жизненный девиз?

– «Движение – это жизнь!». Я это ясно понял в последнее время. Надо двигаться, быть в хорошей физической форме, чтобы нормально служить, успешно решать все дела в храме. Остальное приложится, Господь даст всё, что необходимо!

Беседовала Татьяна МАКОВЕЕВА

В основе материала – публикация газеты
«Православное Зауралье»

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓
Яндекс.Метрика