Услышать тишину

18.02.2020

88433--08.jpg

О том, чем отличается иконописец от художника, есть ли место для творчества там, где изображения подчинены строгому канону, и почему иконопись – труд соборный, удалось поговорить с витебским иконописцем Сергеем Петровым, 27 лет своей жизни посвятившим искусству храмовой росписи.

 

Известный мастер с 1992 года участвует в реконструкции витебских церквей и путешествует от храма к храму в городах России и Белоруссии. Бесценным архитектурным творением можно назвать Воскресенский храм в Витебске; украшающие его фрески выполнены витебскими мастерами, а многометровая икона «Сошествие Иисуса Христа в ад» на внешней алтарной стене была написана Сергеем Петровым. Он сотоварищи также работал по росписи Благовещенской церкви, Успенского кафедрального собора, Покровского собора и других витебских храмов.

Одной из своих достойных работ считает икону святого праведного Иоанна Кронштадтского, написанную для Успенской церкви. Перед тем иконописец изучал житие святого, бывал в квартире Иоанна Кронштадтского, где батюшка уединялся для молитвы. Там, в намоленном пристанище, просят посетителей о молчании, и, как говорит собеседник, человек может услышать тишину в своей душе.

Сергей Петров принадлежит к той группе иконописцев, с которой в 90-е прошлого века начиналось возрождение витебской иконописной школы. Тогда в город по приглашению архипастыря приехал московский иконописец Владимир Сидельников для работы в Витебске и Полоцке, вокруг него объединились местные художники. Сергей Николаевич и поныне находится в дружеских отношениях с учителем; связывает иконописцев и сотрудничество. А много лет назад он, выпускник худграфа Витебского пединститута, осознав спустя несколько лет преподавательской практики в Минске, что быть учителем рисования – не его стезя, отправился в Петербург, где поступил вольнослушателем в Академию художеств. Потом начался долгий путь духовных исканий – как жить и для чего жить.

– Я смотрел мир, сам себе организовывал пленэрные путешествия от Карелии до Алтая, – поделился Сергей Николаевич. – Однажды в Псковской области встретил священника, который перевернул мои представления о жизни; он стал мне духовным наставником. Я тогда не был крещен, и священник подвел меня к тому, что это необходимо. Пришло осознание, что в моем роду все были православные, кроме того, я узнал, что прадед был на послушании в храме Святой Троицы в Невеле. Духовные искания и профессиональные навыки привели меня к иконописи.

53454634.png

Сергей Николаевич, быть художником и иконописцем – это не одно и то же?

– Видите ли, художник занимается самовыражением, он сам себе творец. А мы, иконописцы, – сотворцы: подчиняемся Господу и работы свои делаем по древним каноническим изображениям. Но творчества и в этих рамках хватает. Главное для сотворца – преодолеть грехи свои, иначе образ не будет написан такой, какой нужен. Иконописец-стенописец должен быть воцерковленным человеком. После исповеди и причащения, когда духовно очищаешься, после короткой молитвы и обращения за помощью к Матери Божией, Ангелам, Господу, к тем, кого будешь писать, после благословения начинается работа. Когда ты сам себя ощущаешь чистым сосудом и слышишь ту особую тишину в душе, которая позволяет принять свечение образа, «звучание» евангельских событий, когда исчезает исчисление времени и наступает погружение в мир, наполненный святостью…

Иконопись – труд соборный. Сергей Николаевич рассказывает, что когда работает в Москве, подчиняется Владимиру Сидельникову – он знаменщик и всегда завершает икону. А в Витебске сам Сергей Петров выступает знаменщиком. Говорит, что соборность – это хорошо для смирения.

В иконописной мастерской при епархиальном подворье у него женский коллектив – иконописицы Елена Масалович, Елена Ананьева и Евгения Демидова. Вместе они не только для церквей пишут иконы, но и для мирян – венчальные, семейные, мерные (для новорожденных). И все годы витебский иконописец, несмотря на знания и опыт, продолжает учиться. Каждая поездка в Россию сопряжена с желанием и необходимостью смотреть на старые иконы XV-XVII веков в Третьяковской галерее, Русском музее, музее древнерусской культуры имени Андрея Рублева, ознакомиться с особенностями новгородского, смоленского, псковского письма или с иконописью в христианских странах, Иерусалиме, видеть, как каждый народ переосмысляет византийскую традицию.

По признанию витебского мастера, для него икона по-прежнему остается тайной, и в познании ее не существует границ.

Наталия КРУПИЦА

Фото автора и из интернет-источников

В основе материала –
публикация газеты Витебской епархии
«Наше Православие»

 

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓
Яндекс.Метрика