О странных вопросах, церковной лавке и жертве Богу

15.05.2019

343221.png

Работников церковной лавки можно сравнить с бойцами на передовой: именно они первыми встречают пришедших в храм людей, таких разных, со своими горестями и радостями. И к каждому нужно найти индивидуальный подход, ненавязчиво поддержать. Более того, где-то в глубине души даже чуточку полюбить. А значит, безусловно принять, какой бы человек ни пришел – озадаченный или огорченный, а может быть, даже раздраженный или озлобленный, в неподобающей одежде или не знающий правил поведения в храме…

 

Именно поэтому исполняющему послушание в церковной лавке, как никому другому, необходимы терпение и покладистый характер, а еще ему нужно быть немножко психологом, иметь всесторонние знания о церковных традициях, разбираться в православной литературе. Об особенностях служения на этом поприще рассказала Людмила Долголева, имеющая немалый опыт работы в церковной лавке Покровского собора города Кропоткина.

 

По молитвам сродников

Было время, когда Людмила Александровна никогда бы не подумала, что будет выполнять послушание в свечной лавке. Руководящие должности, честолюбивые замыслы и успешное продвижение к намеченной цели еще не так давно составляли существенную часть ее жизни. А после утраты близкого человека все это стало ненужным, кардинально изменились приоритеты. Теперь куда важнее оказались молитвы о дорогом человеке, чтобы там, в его новой жизни, ему досталась лучшая участь.

Сорок дней она посещала Божественную литургию. А протоиерей Кассиан Кравцов, на тот момент настоятель Покровского собора, искал человека в свечную лавку, и – предложил Людмиле там поработать.

«Как мы приходим в храм? По молитвам наших предков», – считает Людмила Александровна. В ее роду было сразу несколько усердных молитвенниц. Очень набожную прабабушку Аполлинарию за веру и отказ вступить в колхоз раскулачили и выслали из родного села. Хотя все «богатство» составляли металлическая кровать на сетке с набалдашниками и молочный сепаратор (держали корову-кормилицу – нужно было кормить большую семью). И вот Аполлинарию вместе с пятью маленькими ребятишками усадили на телегу и отправили, как говорили, в ставропольские степи. Они ехали по селу, а жители, вчерашние односельчане, снимали небогатые одежки с детей, кто – пальтишко, кто – платок. А она и сказать-то ничего не могла… Дети все умерли от холода и голода. Нашла приют женщина у старшей дочери, которая на то время была уже замужем.

Сестра Аполлинарии еще в молодости ушла в монастырь и стала монахиней Марией. В обители стегала ватные одеяла. До сих пор в семье как реликвия хранится такое одеяло, подаренное на свадьбу маме Людмилы. Когда закрыли монастырь, Мария вместе с другой матушкой поселилась на окраине станицы Старощербиновской Краснодарского края, где и доживала жизнь в молитвах.

Бабушка Людмилы, Марфа Васильевна, хотя и боялась властей, но в церковь ходила. В красном углу висели иконы, покрытые рушниками. Ее всегда приглашали на похороны читать Псалтирь по усопшему. На Пасху пекли куличи, красили яйца и ходили за много верст пешком в храм. Жили очень бедно, но, как говорила бабушка, Бог всегда помогал. И голод 1933 года пережили, и в войну все остались живы.

– Я верю, что по их молитвам и меня Господь не оставил, привел в Церковь, хотя и через скорби, – говорит Людмила Александровна. – Вот, например, раньше не понимала, что нельзя судить человека. А я ведь тщеславилась: училась хорошо, окончила институт, должности руководящие, муж хороший, непьющий. Пьяниц презирала, вот и дал Господь испытание: стал пить сын, потерял семью. Где искать помощь? По совету батюшки поехали в Серпухов к иконе Божией Матери «Неупиваемая Чаша». Пожили там с сыном, поработали, помогли восстановлению храма, молились вместе у иконы, исповедовались, причащались. И конечно, помощь пришла. Не сразу, были и срывы. Но так потихоньку и вышел он из этого состояния.

Имея такие проблемы, мы часто хотим прийти в храм, заказать молебен, надеясь, что батюшки помолятся, и ждем хороших результатов. А если не перестаёт пить муж, сын, тогда мы говорим, что Бог не помогает. Для себя я поняла, что во всем, что со мной происходит, виновата я сама. Мои грехи, мое недостойное поведение привели меня к такой проблеме, а сын стал заложником моей порочной жизни. И не надо на него злиться, кричать, винить, упрекать, а нужно любить, сострадать. Винила сына, а виновата во всем только я. Мне было стыдно за мои прежние поступки и слова, когда я малодушно или, наоборот, излишне бурно, злобно, гневно реагировала на поведение своего ребенка.

Я начала с себя: исповедовалась, причащалась, молилась, читала акафист. Господь выжигал из моего сердца себялюбие, эгоизм, малодушие, трусость. Сейчас понимаю: если бы не эти искушения, не пришлось бы побывать в таких святых местах, как Киево-Печерская Лавра, Почаев, Оптина пустынь, Дивеево, Валаам, Валдай и еще много-много прекрасных мест, где нам помогают святые угодники Божии. Бог нам попускает и болезни, и всевозможные скорби за наши грехи – для искупления, для изменения порочного образа жизни. Земная жизнь – это краткий миг, за которым стоит вечность, а какой она будет у каждого, зависит от нашей жизни на земле.

 

Литература в помощь

Любая работа требует профессиональных навыков, а работнику храма необходимы еще и специальные обширные знания. Ведь люди заходят в дом Божий со своими проблемами, вопросами. Как должным образом проводить умершего близкого человека, и что для этого нужно? Какую службу заказать, какие иконы нужно иметь дома, почему они так называются? Как подготовиться к исповеди и причастию? И так далее. На эти и множество других вопросов, причем порой очень неожиданных, ответят в свечной лавке. А еще сориентируют в многообразии православной литературы, которую читают, прежде всего, сами.

Каждая прочитанная книга дополняет открывающийся новый мир свежими красками, обогащая и полезной информацией, которая уже завтра, возможно, окажется очень кстати. Выслушав человека, Людмила Александровна может посоветовать необходимую именно ему литературу. Кому – «В помощь кающимся», кому – «Флавиан» или «Воцерковление» протоиерея Александра Торика, иному – «Православие» митрополита Илариона (Алфеева). И из числа своих любимых – «Святое Евангелие с толкованием святых отцов», «Преподобные старцы Оптинские. Жития и наставления», «Письма о духовной жизни» игумена Никона (Воробьева), «Несвятые святые» митрополита Тихона (Шевкунова), «Божественная литургия» протоиерея Алексея Уминского, произведения Юлии Вознесенской.

«Прочитав предложенные книги, люди возвращаются, благодарят и просят что-то еще почитать. И ты вольно или невольно участвуешь в духовном росте человека», – говорит наша героиня.

 

Одна «обеденка» перевесит

Самый распространенный вопрос, на который приходится отвечать ежедневно раз по 20, это «что за поминовение такое – обедня?».

– Когда в храме читаются часы, священник готовит все необходимое для Божественной литургии, – поясняет Людмила Александровна. – За каждого человека, имя которого упомянуто в записке, из просфоры вынимается частичка, которая впоследствии опускается в Кровь Христову с молитвой о прощении грехов поминаемых людей: «Омый, Господи, грехи поминавшихся зде Кровию Твоею Честною, молитвами святых Твоих». Так совершается поминовение живых и мертвых. Господь берет на Себя грехи мира, омывает их Кровью Своей и дарует всем жизнь вечную. Как писал святой праведный Иоанн Кронштадтский, «возьмите чашу весов и на одну сторону поместите злато и серебро всего мира, а на другую положите одну "обеденку", и она перевесит».

Люди часто не понимают, зачем записочки приносятся, почему поминовение на литургии является одной из величайших молитв Церкви. Это принесение всех ко Христу с молитвой о спасении, исцелении, обращении. Нет другой такой сильной молитвы у Церкви, которая могла бы вот так объединить и принести Богу все наши прошения.

 

И смех, и грех

Как ни странно, помимо очевидных вопросов о том, как подготовиться к исповеди, причастию, заказать те или иные требы, и что для этого нужно, в церковной лавке часто можно услышать вопросы и даже требования неожиданные и просто обескураживающие. «Кто сильнее – Матрона Московская или Ксения Петербуржская?», «Дайте оберег от сглаза», «Продайте землю, чтобы "запечатать" усопшего», «На какой день нести кушать на кладбище покойному?», «Куда деть водку и хлеб, что стояли на столе на поминках?» и так далее.

– А однажды мою коллегу Валентину, – рассказывает Людмила Александровна, – одна напомаженная дама спросила: «Как в записке обозначить, что Василий – это кот?» Как кот?! В записке можно писать только имена крещеных людей. «А как я его поминать буду, он был очень хороший», – возмутилась дама. И такое бывает...

 

«Тарифицированная» жертва

Один из самых насущных и болезненных вопросов – «коммерческие услуги» в стенах храма. Особо подкованные могут даже припомнить Евангелие, где сказано, что Христос изгнал торговцев из храма. В древности люди приходили в дом Божий отдавать, приносили с собой все, что имели: вино, хлеб, свечи. Сейчас же в качестве жертвы и благодарности прихожане несут деньги как эквивалент своему труду. Однако недовольства по поводу стоимости того или иного в свечной лавке все же периодически звучат.

– Некоторые люди порой возмущаются, что свечи, на их взгляд, дорогие. И выплескивают свой гнев, – делится Людмила Александровна. – Да, может быть, по себестоимости и не стоит столько свеча или икона, но ведь все эти средства идут на нужды храма: коммунальные услуги (свет, вода, отопление), текущий ремонт (перекрытие кровли, покраска полов), внутреннее устройство (новые иконы, аналои, лавочки, баки для крещенской воды и т.п.), содержание хора, поощрение батюшек, украшение цветами икон и прочее. Вот и получается: каждая купленная свеча, иконка, книжечка – это жертва человека Богу. Хотел три свечи взять, но нет средств – возьми одну. Ведь главное – не количество и стоимость свечей, а искренность молитвенного обращения к Богу. Пусть в сердце будет не ропот, не возмущение, а добровольная жертва.

В сознании людей исчезает понятие жертвоприношения, потому что в жертве непременно присутствует подвиг: принося ее, человек что-то отрывает от сердца. Мы должны приходить в храм со свободным желанием послужить. Мало просто подать записку, мол, пусть батюшка помолится. Это должна быть и наша молитва, и наша жертва. А жертва Богу – дух сокрушенный, наше любящее сердце, больше ничего и не надо.

 

Каждый хорош по-своему

– А вообще прихожане у нас хорошие, – подытоживает разговор моя собеседница. – Хочется сказать спасибо тем бабушкам, которые приходят на службу каждый день, приносят жертву без ропота, да еще поделятся конфеткой, пирожочком с нами: «Ешь, деточка, тебе тут целый день стоять». И набежит слеза, глядя на них.

Карина МУРАТОВА

Публикация «Журнала Тихорецкой епархии»

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓
Яндекс.Метрика