RSS

При поддержке Управления делами Московской Патриархии

«Мы из лужи пили, а здесь чистая вода»

25.09.2018

7689780.jpeg

Какое-то время назад Олег Кожин был главой мормонской организации в Балакове Саратовской области. И вот спустя несколько лет он работает завхозом в православном храме, заканчивает православную духовную семинарию и ведет просветительскую деятельность среди сектантов, пытаясь объяснить, в какую паутину лжи они угодили. Его история – яркая иллюстрация того, что, если человек хочет найти Истину, он обязательно ее найдет. Даже если для этого придется пройти огонь, воду и медные трубы.

 

«Нашлись другие учителя»

Олег, на протяжении семи лет Вы были лидером балаковского отделения «Церкви Иисуса Христа святых последних дней». А что Вас в нее привело? Вы выросли в этой среде?

– Нет, я родился и вырос в обычной семье. Крестили меня, когда мне было четыре года, в православном храме. Это было в 1974 году, тогда в Балакове действовал всего один храм – в честь Казанской иконы Божией Матери, настоятелем в нем служил иерей Анатолий Шумов. Пока моя прабабушка была в силах, она ходила в церковь и меня с собой брала. Для меня каждый поход в храм был как праздник. Мы жили в частном доме, в садик я не ходил, друзей было мало, и посещение богослужений – это было всегда что-то знаменательное, запоминающееся. Я очень любил ходить в церковь! Но время шло, город стал перестраиваться, наш дом снесли, прабабушке дали квартиру, она к тому времени сильно сдала, стала плохо видеть, в храм перестала ходить, дома молилась.

06082018-001.jpgА я пошел в школу, потом – октябрята, пионеры. Началась другая жизнь, и церковь я посещать перестал. Просто-напросто не с кем было туда ходить. Хотя то, что прабабушка в меня в раннем детстве заложила, я помнил всю жизнь. Она это как-то по-простому говорила, но ее слова в душу запали: «Олег, на небесах есть Боженька. Он живет давно, знает все про каждого, любит нас. Вот будешь маму с папой слушаться, будешь честным человеком – Он тебя будет любить, все в жизни будет хорошо. Не будешь слушаться родителей, будешь хулиганить – придут черти страшные, возьмут тебя за космы, унесут в ад и будут на сковородке жарить». У меня от этих перспектив была настоящая паника, я эту сковородку с чертями так хорошо себе представлял, что до пятнадцати лет был очень послушным ребенком.

Началась перестройка, стали возвращать храмы, реставрировать старые церкви, в том числе и храм Святой Троицы. И у меня опять стал появляться интерес к церковной жизни. А в 1991 году моя тетя Валя выписала из Санкт-Петербурга Библию. Тогда это казалось чудом – взять и получить Библию по почте. 25 рублей, как сейчас помню, она стоила. Это были такие огромные деньги по тем временам! И я попросил тетю дать мне эту книгу посмотреть. Когда я начал ее читать, она меня буквально заворожила. Я не мог оторваться. Конечно, стали возникать вопросы. Пошел в православный храм, один, другой раз и… вообще понимания не встретил. Тогда в православных храмах было все совсем по-другому. Стоят несколько бабушек, молчаливые, строгие. Сейчас я понимаю, что у нас бабушки – порой не миссионеры, а антимиссионеры настоящие. Я пришел в храм с Библией под мышкой и понял, что там никому не нужен. В общем, у меня ни с вопросами, ни с ответами не сложилось. Зато нашлись другие учителя.

Это было время, когда в российские города хлынули сектанты всех родов и видов. У человека, интересующегося религией, появился большой выбор. Мы – несколько друзей – вместе собирались, читали Новый Завет, обсуждали, кто как и что понимает. Мы ни в каких организациях не состояли. А вокруг предложений масса: и пятидесятники, и адвентисты, и баптисты. Впоследствии все мои друзья – кто стал адвентистом седьмого дня, кто вошел в организацию «Слово жизни» (это секта харизматического направления у пятидесятников). А я встретил мормонов. Это был 1999 год.

Почему Ваш выбор пал именно на них?

– Понимаете, тогда выбирали, исходя не из догматики, не из вероучения. Для нас тогда кто говорит, что верит в Христа, тот и христианин. Мы вообще не понимали глубины христианства, не знали его основ, а вот где интереснее, где к тебе лучше относятся, там ты и остаешься. То есть выбор определяли люди и обстановка, которую эти люди создавали. Учение мы узнавали позже. Мне тогда просто было интересно общаться с представителями этого народа.

То есть с американцами?

– Да, они только что приехали в наш город. Стал с ними встречаться, читать «Книгу мормона», разговаривать. Неоспоримое преимущество всех сект – они очень доброжелательно относятся к людям. Вот звонят тебе: «Вы придете на собрание?» Ты говоришь: «Нет, мне нужно ремонт сделать». И слышишь: «А мы придем к вам, поможем». И так всегда, какая бы проблема у тебя ни возникла. Понимаете, они всегда рядом, всегда готовы помочь. И большинство людей «клюнули» именно на это отношение, потому что такого они больше нигде не видели. В 1990-е человек человеку волк, каждый выживает, как может, а тут тебе говорят: «Мы вам поможем!» Православная Церковь тогда только поднималась с колен. Разрушенные храмы, литературы нет. А здесь вам – пожалуйста, Библия стопами стоит. Берите, что хотите, читайте! И мы брали! Читали с упоением, обсуждали, спорили. Все это было так интересно! Позже я стал президентом прихода, начал ездить по разным странам. Побывал в Швеции, в Финляндии. У нас была крупная организация. На собрания приходили по 100–200 человек, мы арендовали большие залы. Крещения были массовыми, целые семьи принимали эту веру.

06082018-002.jpg

После благословения одного из мормонских «патриархов»

А Ваши родные? Как они относились?

– Жена поддерживала, помогала. Может, ей и не нравилось это в глубине души, но она вела себя как настоящая супруга – была мне верной спутницей. Дочка тоже была членом организации.

 

Забудьте обо мне, и я о вас забуду

Вы говорите, что Вам нравилось у мормонов. Что же могло случиться, что Вы приняли решение от них уйти?

– Это решение вызревало в течение нескольких лет. Сначала приходили мысли, что в нашей организации что-то не так. Но я сомнения отгонял. Это, наверное, гордыня, боязнь того, что мои близкие, те, с которыми из-за мормонов связи были потеряны, потом будут показывать пальцем и говорить: «А о чем же ты раньше думал? Как ты мог в это верить? Мы тебе говорили!..» И вот это нежелание оказаться обманутым в их глазах заставляло себя пересиливать и сомнения отбрасывать.

Я общался с миссионерами, руководителями и видел нестыковки: в Библии говорится одно, а у нас – по-другому. Но ответ у руководителей всегда один и тот же: «Библия переписывалась много раз, там сплошные ошибки, там уже все переврано, а вот в “Книге мормона” все правильно». И в любой секте вам скажут то же самое: адвентисты – что Елена Вайт правильно говорит; свидетели Иеговы (запрещенная в России организация) скажут про своего лидера и посоветуют читать «Сторожевую башню». То есть ищите ответы в нашей правильной литературе. Или еще такой вариант ответа: «Вам еще Бог не открыл. Есть сомнения? Вам сатана это навязывает. Вы молитесь, поститесь. Придет время, вам Бог откроет обязательно, что это действительно истина».

Олег, расскажите, как устроена мормонская организация. Как в ней распределены обязанности? Есть ли у членов какие-то обязательства перед организацией?

– У мормонов каждый член церкви, который в нее вступает и принимает крещение – не просто прихожанин. Он получает должность, работу, доступ к бесплатной литературе. «Бесплатной» – в кавычках, потому что каждый член прихода обязан платить десятину. Закон десятины – это закон всех сект, десять процентов своего заработка ты обязан отдать организации. Даже я, будучи пастором, платил десятину. У мормонов пасторы не получают зарплату. Ты точно так же, как все, работаешь в миру, но при этом еще ходишь по домам, помогаешь другим членам прихода, ведешь собрания, готовишь выступления, проповеди, уроки, и это «без отрыва от производства». И, как все, платишь десятину. И вот это обилие обязанностей, как липкая паутина, окутывает тебя так, что у тебя нет практически возможности осмотреться и задуматься. Вам не запрещают узнавать о других религиях, организациях, не запрещают читать «чужую» литературу. Но у вас физически нет времени, чтобы что-то читать и узнавать, потому что вы постоянно должны что-то делать. И ты действительно, как муха в паутине – попался и барахтаешься в этом, барахтаешься, увязая все больше.

06082018-003.jpg

С супругой в мормонском храме в Стокгольме

Но все-таки Вам вырваться удалось? Как?

– В этой организации жесткая дисциплина, непокорство начальству карается очень строго. Вот представьте: один из наших прихожан, молодой человек, стал сожительствовать с девушкой. Зная, что у мормонов это не приветствуется, он из организации ушел. Потом они с этой девушкой по каким-то причинам расстались. Он снова встретился с мормонами, они его приняли, привели на собрание. И вдруг мне звонят из миссии (наш регион входит в Российскую Самарскую миссию мормонов) и говорят мне, что этого молодого человека нужно срочно рукоположить в высшее священство, ввести в круг братства священства. А у мормонов так устроено, что первоначально, прежде чем принять крещение, а тем более принять священство, человек должен пройти собеседование с руководителем местного отделения, то есть со мной. Я был изумлен, говорю им: «Я не понимаю, он же неделю назад еще жил в блуде, он еще и покаяния-то не принес». А я очень серьезно ко всем уставным моментам относился, для меня это действительно было свято. Я своим руководителям говорю: «Как же так, блудник будет священствовать? Я не стану давать ему рекомендацию». Миссионеры донесли мою позицию до президента миссии, тот настаивает. А я уперся.

И тогда мне тонко намекнули: ищи себе преемника, кому передать приход. И вскоре я начал замечать, что отношение ко мне изменилось. Сначала перевели на более низкую должность, потом лишили небольшого заработка – я был смотрителем дома, это вроде завхоза в храме.

Но зато у меня появилось больше свободного времени, я стал ходить в разные другие организации. Стал сравнивать, как устроено все у других. И в конце концов я совсем ушел от мормонов. Через год после того, как перестал посещать их собрания, я пришел к руководству, написал заявление, отказался от членства в их церкви, попросил исключить всех членов моей семьи из всех списков. Дело в том, что, пока человек не напишет официально заявление, он будет находиться в списках и числиться мормоном. Именно этой практикой объясняется многочисленность этой секты, которой любят козырять их лидеры. Я объяснил даже, почему принял такое решение: что я не верю, что Джозеф Смит – пророк, что мормонская церковь – истина. И напоследок сказал: «Давайте, братья, так: вы забудьте обо мне, и я вас тоже забываю».

 

«У меня глаза открылись»

Как складывалась Ваша жизнь после разрыва с мормонами?

– Поначалу у меня была какая-то горделивая такая мысль, что вот они еще ко мне придут, будут меня уговаривать. Но никто не пришел, они и правда обо мне забыли. Первое время было действительно очень тяжело. Рушился мой мир. Десять лет жизни отдано, семь лет я был руководителем, а теперь я никто. У мормонов есть такой закон – «Слово мудрости» называется: алкоголь, табакокурение, даже чай – это все под строгим запретом. И тут я сорвался. Первое время находил успокоение в алкоголе.

Но, слава Богу, у меня остались хорошие друзья. Созвонился с товарищем, рассказал ему: «Так и так, я ушел. Не знаю, что дальше делать». Он тут же откликнулся: «Брат, я к тебе приду, поговорим». Он пришел ко мне, рассказал, как его жизнь складывалась, пока мы не общались. Оказалось, он два с половиной года был адвентистом седьмого дня. Познакомился с девушкой, стали встречаться, поженились. Она активная адвентистка, в лидерах. Ему понравилось там, он принял крещение. Но через какое-то время он с адвентистами порвал. И стал ходить в православную церковь. Я слушал его и ушам своим не верил! Для меня, честно сказать, Православная Церковь была из всех существующих конфессий самая, прошу прощения за это выражение, «отстойная». Бабушки, иконы, целования рук, мужики, ряженные в золото, – для нас это было чистое фарисейство, примитив. Это для меня последним местом, куда бы я пошел, – был православный храм.

Мы смотрели задом наперед: то, что самое плохое, считалось самым лучшим, а что самое лучшее – самым плохим. Мы считали, что Православие – хуже всего, католики – чуть лучше, протестанты – уже молодцы. А мормоны – это истина.

А мой товарищ принес мне книгу святого праведного Иоанна Кронштадтского «Моя жизнь во Христе». Я ее прочитал, и во мне все перевернулось. Я и не подозревал, что в учении Православной Церкви такая глубина. Это же целая культура! И вот, когда я уже прочитал эту книгу, навестить меня пришла одна из мормонок. У меня глаза горят, я говорю: «Света, ты возьми, почитай. Какая книга! У меня просто глаза открылись!». А она смотрит на меня, как на прокаженного: «Олег, да ты что, да ты до чего докатился! Как мне жаль, что ты заблудился». Я говорю: «Светлана, да я путь только нашел! Мы там из лужи пили. А здесь чистая вода!» Она ушла от меня, сокрушаясь о моем падении, и больше мормоны меня не беспокоили. А я пошел к своему товарищу и попросил дать мне почитать что-нибудь еще из православной литературы. Книг у него было много, я выбрал «Душеполезные поучения» аввы Дорофея. Монашеская жизнь мне так понравилась, что я даже начал в монастырь готовиться.

 

«Забудьте, что с Вами было»

А как произошло присоединение к Православной Церкви?

– Это было… удивительно. Я профессиональный строитель, и меня отправили в долгосрочную командировку в Вольск, мы там возводили очистные сооружения. На съемной квартире в хозяйской библиотеке оказался православный молитвослов. И я стал его читать. Это были мои первые шаги: учиться молиться по православному молитвослову. Стал ходить в храм. Сначала из-за любопытства, посмотреть, что происходит на богослужении, а однажды решил исповедаться. Пришел в храм во имя Святой Троицы.

Как сейчас помню, утренняя служба закончилась, священник совершал крещение младенца. Я к нему подошел: «Батюшка, мне бы исповедаться». А он, к моему удивлению, не отмахнулся от меня, а попросил подождать, пока закончит совершать Таинство. Когда освободился, позвал меня, накрыл епитрахилью, и я начал рассказывать свою историю. Он снял с меня епитрахиль, говорит: «Знаете что, давайте это не будет исповедью. Давайте сядем, поговорим. Вы из другого города, и у Вас такая серьезная история. Вам нужно ехать к своему благочинному, когда вы будете в Балакове, к отцу Амвросию (Волкову). Он вам объяснит, что Вам делать нужно в дальнейшем». Он тут же созвонился с отцом Амвросием, предупредил, что я к нему приду.

Я этому священнику – отцу Георгию Проценко – очень благодарен, он принял во мне живое участие. И я, когда вернулся в Балаково, пошел к отцу Амвросию. Занял очередь на исповедь, исповедался. Выразил желание быть членом Православной Церкви. Он мне сказал, что в Православии второй раз не крестят, даже если я был в другой организации. Совершил надо мной обряд присоединения к Православной Церкви. Я именем Христа отрекся от всего мормонского учения, от всех моих нехороших слов в адрес Православной Церкви. Батюшка прочитал разрешительную молитву и благословил причащаться: «Идите, причащайтесь. С этого момента Вы православный человек. А то, что с вами было, забудьте». Я был счастлив, только спросил: «Отец Амвросий, я ведь потерял столько времени, как мне это компенсировать и быстрее приобщиться к Православию, стать активным прихожанином? Что можно сделать?». Он посоветовал посещать воскресную школу для взрослых.

Я причастился. А в следующее воскресенье пошел в воскресную школу. Там познакомился с преподавателями, со священниками, с ребятами из православного молодежного клуба. Через год я уже работал завхозом в храме Рождества Христова, поступил в семинарию, мы с женой обвенчались.

06082018-004.jpg

Олег Кожин (второй слева)
и другие участники первых чтений,
посвященных святому праведному Александру Чагринскому, г. Балаково

Вы поступили в семинарию, будучи уже взрослым состоявшимся человеком. Как Вы приняли это решение?

– Определенную роль в этом сыграл один из моих друзей – преподаватель воскресной школы Алексей Мельников, недавно он защитился, закончил семинарию. Вот с его подачи я в семинарию и поступил. Я уже какое-то время работал в храме, куда, собственно, тоже попал благодаря его рекомендации, а тут мы с Алексеем встречаемся, и он мне говорит: «Олег, ты в семинарии не надумал учиться?» Я отнекиваюсь: «Алексей, у меня уже возраст – сорок лет, какая учеба?» А он настаивает: «Давай, иди к настоятелю, проси рекомендации. Вместе будем ездить». И уговорил.

У Вас было собеседование с владыкой Лонгином?

– Да, было. Я сразу сказал, что для священнического служения не гожусь: моя жена – второбрачная. У сектантов это нормальное явление, а в Православии это каноническое препятствие. А владыка говорит: «Есть другое служение: миссия, катехизация, преподавание в воскресной школе. Иди, учись. Я тебя благословляю». Так я поступил в семинарию.

06082018-005.jpg

Олег Кожин – крестный,
восприемник маленькой христианки, дочери друга

А как случилось, что Вы стали участником телевизионной программы на канале «Спас»?

– Опять-таки благодаря Алексею Мельникову. Он, будучи еще семинаристом, запустил свой блог, ведет миссионерскую работу среди сектантов. Цель – помогать людям выходить из сект. И в семинарию мы с ним поступили именно с целью глубже изучить Священное Писание, догматику, историю Православной Церкви, чтобы мы могли более авторитетно, аргументированно вести беседы с сектантами. Когда я официально рвал с мормонами, мне нужна была моральная поддержка, и я попросил Алексея сходить со мной. После того, как я написал заявление и вышел из мормонского собрания, Алексей на фоне вывески «Церковь Иисуса Христа Святых последних дней» взял у меня интервью и разместил его в своем блоге. Этот ролик увидел отец Георгий Максимов, который на канале «Спас» вел программу «Мой путь к Богу». Он заинтересовался моей историей и пригласил на съемку программы.

Я пытался отказаться, ссылался на то, что хотел бы вообще о мормонах забыть, но владыка благословил ехать. Два года назад вышла программа. Я надеялся, что ее мало кто увидит, уж точно в Балакове не увидит никто, поскольку канала «Спас» тогда в нашем городе не было. Но за это время многое изменилось – канал «Спас» добрался и до Балакова, а программу, в которой я снялся, показали в повторе. И горожане меня начали узнавать. Захожу как-то в газовую компанию, а мне сотрудники: «Ой, мы Вас по телевизору видели». И тут я уже понял, что от мормонов мне не избавиться никогда. И взял тему дипломной работы тоже о мормонах. Думаю: значит, на то воля Божия, может, мой опыт, мои знания этой организации кому-нибудь помогут.

Не было ли реакции со стороны мормонов на Ваше телевизионное выступление?

– Нет. Но до меня доходили слухи, что для них я Иуда Искариотский, то есть мое имя – Олег Балаковский – стало для них нарицательным. Ко мне приходили несколько членов этой организации, и некоторые из них ее покинули. Недавно в православном храме увидел еще одного бывшего собрата. Несколько раз встречались, перекидывались несколькими фразами. А потом он подходит ко мне со словами: «А как уйти от мормонов?» Я говорю: «Нужно написать заявление». Он: «А как мне прийти сюда?» Я ему рассказал. Тогда он спрашивает: «А кому десятину платить?» Я говорю: «Здесь нет такого – десятину платить. Вот кружка для пожертвований, сколько можешь, столько и положи». Вскоре он ушел от мормонов.

На данный момент, по моим сведениям, не больше десяти-пятнадцати человек активно посещают мормонские собрания. Миссионеров не видно на улицах. Я вспоминаю тех людей, с которыми мы вместе там начинали, мне их жаль. На самом деле, там действительно люди хорошие, они искренне верят в Бога, но попали в паутину. Поэтому я рад любой возможности рассказать о том, что собой представляют секты, в какой духовной опасности находятся люди, которые принимают на веру их учения.

Поделитесь, что это за опасность?

– Я сейчас с содроганием вспоминаю, как раньше мыслил, во что верил. В секте в человеке лелеют гордыню. По учению мормонов, ими руководит живой пророк. Когда я уходил из этой секты, президентом всей мормонской церкви, то есть пророком, был Томас Монсон. Этот человек якобы получал откровение на всю мормонскую церковь. Тот, кто является руководителем в регионе, получает откровения по региону. Вот я был руководителем в Балакове, по словам мормонов, я – Олег – пророк Балакова. Вы представляете, что в человеке происходит, когда он мыслит такими категориями? Это же на самом деле какое-то умопомрачение! Я уединялся, брал посты и молился, чтобы получать откровения для своего прихода. А как ты откровения получаешь? Пришла в этот момент в голову какая-то мысль, и ты думаешь: это сказал Бог. И этими мыслями руководствуешься. И так на всех уровнях. То есть свои человеческие мысли, которые производит гордыня, они выдают за пророческие откровения. И ко мне люди приходили с такими вопросами: «Брат Олег, а помолитесь о нас, мы хотим создать семью. Спросите у Бога: правильная ли семья у нас будет?» И вот я «получаю откровение» и говорю им: «Да вы женитесь, конечно, женитесь!» Поженились – через два месяца разошлись. Вот такие правильные откровения.

Как же Вы могли в это верить? Это же за гранью здравого смысла…

– Мне часто этот вопрос задают. А я сам не понимаю, как так получилось. Сначала чистое любопытство, потом тронуло участие, внимание к тебе, а после коготок увяз, всей птичке пропасть. Поэтому так важно для людей знать основы вероучений, чтобы уметь различать истину и ложь.

Беседовала Ольга ПРОТАСОВА
Публикация журнала «Православие и современность»

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓