При поддержке Управления делами Московской Патриархии

Воспитание «Марфы и Марии»

18.01.2018

Семья.jpg

Воспитываться в верующей семье в советские годы – редкое счастье и нелегкое испытание. Как при нехватке духовной литературы отец прививал любовь к Богу через красоту и гармонию, зачем дети переписывали от руки акафисты, как распределялись роли в семье художника-оформителя и сотрудницы прачечной, воспитавших пять детей, двое из которых стали священниками, с теплотой вспоминает секретарь и духовник Брянской епархии протоиерей Павел Чикалин.

 

Дрова и молитвы

46484.jpgОтец Павел, вы ведь родились в верующей семье и, еще будучи ребенком, стали ходить в храм?

– Да, действительно, для меня явилось большим счастьем то, что я родился в православной верующей семье. Вспоминаю, как в детстве ходил в церковь с дедушкой и бабушкой. В то время храмов было мало, поэтому для меня главным был Троицкий храм в Бежичах, где служил ныне покойный протоиерей Александр Козлов. Там я и крестился...

Помнится, как родители приучали нас к трудолюбию и прививали такие качества, чтобы по жизни не избегать трудностей. У нас многодетная семья, пятеро детей, и нужно было помогать родителям. Поэтому отец часто давал нам поручения: то помочь поколоть дрова, то принести уголь для растопки печи (мы тогда жили в частном доме), то воды принести. Учеба в школе у нас сочеталась с заботами по хозяйству. Ну и, конечно же, как все дети, мы гуляли с друзьями на улице – родители этого никогда не запрещали. Было много детей, много игр, мы и на велосипедах катались, и на рыбалку ходили.

Ну, а в воскресные и праздничные дни посещали храм Божий, также и дома молились. Но никогда родители не заставляли нас молиться, а только всегда призывали нас к этому. Ведь молитва – это фундамент нашей жизни, потому что через нее мы находим силы переносить различные трудности. Так что о детстве у меня остались очень добрые, приятные воспоминания.

 

Марфа и Мария

Кем были ваши родители? 

– Отец работал в локомотивном депо художником-оформителем, но вместе с тем был иконописцем и в свободное от работы время писал и реставрировал иконы. Он подходил к этому делу бескорыстно, никогда не ожидал платы за труды, и если кто-то давал, то он старался эти деньги потратить на благотворительные цели.

Мама была тоже очень трудолюбивой женщиной. Что такое воспитывать пятерых детей, думаю, каждому понятно, все хозяйство было на ее плечах: накормить, напоить, в школу проводить, обстирать, убрать в доме. Мама работала в локомотивном депо в прачечной, в основном обстирывала обмундирование для машинистов и их помощников.

Иной раз приходит мысль, что мои родители напоминают мне евангельских сестер Марфу и Марию. Марфа больше заботилась о земном, хотя Господь не упрекал ее за это, ведь нужен и этот труд. Отец же больше прививал нам любовь к Церкви. Когда у него была возможность, он ходил на природу и писал этюды. Старался прививать любовь к Богу через любовь к Его творению, через красоту, гармонию, которую папа показывал в своих картинах.

 

Фотоаппарат и рубанок

Чем увлекались в школе?

– Держал аквариум, занимался фотоделом. В то время это было интересно, другие технологии. Нужно было ждать вечера, и тогда я завешивал шторы, забирался под кровать и заряжал пленку в фотоаппарат. Также в темное время суток проявлял фотографии. У меня был универсальный фотоаппарат «Смена». Купил его за пятнадцать рублей, это такие большие деньги для нас были, еле выпросил у мамы. Мы жили небогато – пятеро детей в семье, поэтому позволить себе лучше фотоаппарат я не мог. До сих пор еще целы мои фотографии того времени.

Также с юных лет полюбил столярничество. Мой старший брат Георгий, сейчас протоиерей, учился на столяра, и видя, как он стругал, я тоже захотел заняться этим делом. После школы поступил в профессиональное училище на резчика по дереву, избрал себе профессию по сердцу и стал резать киоты для икон во многие храмы.

 

Переписанные акафисты

Отец Павел, какие духовные книги вы читали в детстве?

– Вы знаете, в то время доступ к церковной литературе был крайне ограничен, и поэтому были рады любой книге, которая попадала в нашу семью. Помню, как вечерами отец любил нам зачитывать изречения из христианских книг и говорил о чем-то душеспасительном.

Также общим занятием для моих братьев и сестер было переписывание акафистов, которые мы по очереди читали вечерами, когда освобождались от дел.

После училища сразу поступили в семинарию?

– Нет, меня призвали в армию, служил в стройбате в Коломне. После армии протоиерей Александр Козлов пригласил алтарничать в Троицкий храм в Бежичи. Я полтора года был там алтарником и считаю, что это время для меня стало большой школой. Случались различные трудности, но как много я для себя приобрел, находясь рядом с таким человеком, слушая его проповеди, наставления и даже и какие-то вразумления.

После Бежичей некоторое время помогал своему родному брату протоиерею Георгию – он служил в сельском храме в честь Преображения Господня в Великой Топали, и в воскресные дни ездил к нему алтарничать. Вместе с тем помог ему там сделать аналои, свечной ящик и Распятие Христово.

 

Послушание «на рипиде»

Решение стать священнослужителем пришло в юности, или кто-то повлиял на ваш выбор?

– Я практически вырос в храме. Отец знал многих священнослужителей, посещая храмы, он с ними по-доброму общался, и я был всегда рядом. Также к нам домой приходили многие священники, они очень уважали отца. Я все это видел, и поэтому их среда была мне близка. 

Ну, и потом решение поступить в семинарию было промыслительным.  После армии я начал искать работу, но постоянно что-то не удавалось. Хотелось найти что-то по душе – или резчиком по дереву, или столяром, или художником-оформителем, как отец. Способности были, я и пером писал, и печатными буквами. Также в армии этим занимался. Но во многих местах мне отвечали: «К сожалению, у нас нет вакансий». И вот я пообщался с отцом и с некоторыми священниками и принял решение идти в семинарию. Думал: «Если Богу будет угодно, то поступлю».

Удалось поступить с первого раза?

– Да. Но перед этим произошел такой удивительный случай. Обычно, чтобы поступить в семинарию, нужно было какое-то время послужить иподиаконом у правящего архиерея. У нас тогда им был владыка Глеб, архиепископ Орловский и Брянский, и я поехал с братом к нему на прием в Орел. Архиерей благословил меня и сказал: «Ну что ж, приезжай в субботу, будешь у меня держать рипиду».

Приезжаю я в субботу в кафедральный собор Орла, и мне сразу сообщение: «Владыка Глеб почил». Архипастыря уже успели облачить, положить в гроб, который поставили в кафедральном соборе.

О нашем предварительном и последнем с ним разговоре никто не знал. Когда я прибыл в собор, вошел в алтарь, меня так встретил секретарь епархии (им был архимандрит Вениамин) и сказал: «Надевайте стихарь, берите рипиду, будете стоять у гроба владыки Глеба». Меня это, конечно, поразило, я был очень тронут, и, зная, как сильно уважал православный народ архиепископа Глеба, с благоговением держал эту рипиду и участвовал в похоронах. 

В семинарию я поступил без иподиаконства. При обучении мне очень пригодились мои церковные послушания и полученные знания. Там для меня началась новая жизнь, очень интересная, потому как учеба сопровождалась послушанием в семинарской библиотеке. Мне надо было переносить книги, писать пером таблички для книжных разделов, протирать пыль. Там я научился очень бережному отношению к книгам.

По окончании Московской семинарии был направлен в распоряжение к архиепископу Орловскому и Брянскому Паисию в Брянскую епархию. После того, как владыка рукоположил меня во иереи в 1992 году, я получил назначение на должность клирика Воскресенского храма города Брянска. А уже вскоре был назначен настоятелем вновь открывшегося Спасо-Гробовского храма, где и служу по сегодняшний день.

 

Верная помощница

Отец Павел, вы себе избрали в супруги дочь священника…

– Да. Протоиерей Павел Дроздов служил в Супонево, там я и познакомился со своей будущей супругой Анной. Мы стали вместе, помогая друг другу, идти по жизни. И я очень благодарен своей матушке, она во многом помогает мне – и в церковных делах, но прежде всего в семейной жизни. Многое на ней.

Господь по милости Своей дал нам трех детей, и слава Богу, что они также стараются выстраивать свою жизнь, служа Церкви. Моя дочь окончила Православный Свято-Тихоновский университет, регентский факультет, и в этом году вышла замуж. Сын окончил магистратуру Московской духовной академии, принял священнический сан. Младший сын в прошлом году поступил в Московскую духовную академию. 

Какого принципа воспитания вы придерживались с вашими детьми?

– По отношению к своим детям, как и мои родители, я не был строг и требователен. С детства они с нами в храме. Было даже такое: матушка поет на клиросе, а одна из прихожанок присматривает за нашими маленькими детьми. Случалось, что на службе они, приклонив голову, засыпали – в столь малом возрасте полностью выстоять богослужение для них было тяжело.

Мы также своих детей не ограждали от друзей и от каких-то занятий. Все они окончили музыкальную школу. А старший сын, отец Илья, еще и художественную школу. Никакого навязывания, кем стать, не было, и служение Церкви – их сознательный выбор.

Беседовала Елена ЛАРИНА

В основе материала –
публикация сайта Брянской епархии

 

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓