ПРОТОИЕРЕЙ АЛЕКСАНДР АГЕЙКИН: ДЛЯ РУССКИХ ЛЮДЕЙ ЕЛОХОВСКИЙ СОБОР – ЭТО ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ СТОЯНИЯ ЗА ВЕРУ

ПРОТОИЕРЕЙ АЛЕКСАНДР АГЕЙКИН: ДЛЯ РУССКИХ ЛЮДЕЙ ЕЛОХОВСКИЙ СОБОР – ЭТО ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ СТОЯНИЯ ЗА ВЕРУ

30.03.2013

Указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла клирик кафедрального соборного Храма Христа Спасителя протоиерей Александр Агейкин назначен новым настоятелем Богоявленского кафедрального собора в Елохове. В интервью порталу «Приходы» отец Александр рассказывает о своем пути служения Церкви, об уникальности Елоховского Патриаршего собора и его богатых приходских традициях.

Богоявленский собор в Елохове – один из немногих московских храмов, в котором не была прервана в советские годы приходская жизнь. Какие из традиций храма, бережно сохранявшихся его настоятелями, в том числе протопресвитером Матфеем Стаднюком, который является ныне почетным настоятелем, Вы могли бы отметить, какие из них Вам кажется особенно важным развивать?

 – По поводу моего назначения настоятелем Богоявленского собора в Елохове можно вспомнить библейский сюжет, связанный с борьбой израильтян с амаликитянами: Аарон и Ор заметили, что израильтяне побеждают, когда Моисей держит руки воздетыми, и когда он от усталости опускал руки, Аарон и Ор поддерживали его в молитвенном предстоянии. Так и назначение молодого настоятеля в помощь почетному настоятелю, протопресвитеру Матфею Стаднюку, совершается, прежде всего, с целью поддержать его силы и продолжать традиции, хранителем которых он является.

Не только для москвичей, но и для многих русских людей Елоховский собор – это олицетворение стояния за веру. В нем произошло множество церковных событий, здесь молилось множество исповедников и новомучеников – известных и безвестных, но неизменно стойких в Православной вере. Никаких революций в соборе не предвидится. Все делается для того, чтобы сохранить и поддержать традиции, может быть, немного «стереть пыль».

Главное, чтобы храм воспринимался как дом молитвы, как место, где каждый дорог, где ему уделят внимание. В первую очередь предполагается работа с молодежью, которая всегда находится в поиске, имеет активную жизненную позицию и требует немедленного внимания к себе. Чуть-чуть замедлишь – и вот, молодой человек бежит дальше.

Какие «елоховские» традиции Вы могли бы особо отметить?

 – Это традиция Патриарших богослужений, которую воспринял и Храм Христа Спасителя. Елоховский собор всегда был знаменит своими традициями пения, которые нужно беречь, сохранять, приводить в соответствие со временем.

Очень важны традиции благоговейного пастырского служения, потому что пастырь – это свечник, видно его каждое неловкое и неправильное движение. На нем лежит колоссальная ответственность.

Нужно, чтобы преемство на церковном поприще не прерывалось, потому что Елоховский собор всегда был кузницей духовных кадров.

Когда Вы впервые оказались в Елоховском соборе?

– Это было связано со вторым обретением мощей Серафима Саровского.

Остались также воспоминания о диаконской практике, которую я проходил здесь в 1996 году. Запомнились и события, связанные с церковными юбилеями, когда еще не был построен Храм Христа Спасителя.

Кто составляет основную часть прихода Елоховского собора: жители данного района или, как и в те времена, когда действующих храмов в столице было очень мало, сюда собираются верующие со всех концов города?

– В Богоявленский собор в Елохове всегда приезжали люди из разных уголков Москвы. Некоторые из них уже состарились, но все равно каждые выходные проделывают неблизкий путь до храма. Поэтому нельзя сказать, что это районный приход: здесь много прихожан из разных концов города, и местных жителей явно не большинство.

Что для Вас настоятельство?

 – Прежде всего, чувство ответственности за служение, которое мне доверено. Это хотелось бы особенно подчеркнуть в свете тех обсуждений, которые начались в блогосфере и социальных сетях после решения Патриарха.

Должность настоятеля – это не награда. Это, в первую очередь, административное послушание, несение креста, социальная ответственность. Так же, как любые богослужебные награды клирика, – это напоминание о Крестном пути Спасителя. Например, митра – это не красивая шапка или корона, а символ тернового венца. Настоятельство – не похвальный лист, не грамота, не признание каких-то заслуг, а ответственное послушание.

Поэтому хотел бы сказать, что обсуждать достоинства или недостатки нового настоятеля очень некрасиво и неправильно. Если мы христиане, то должны в первую очередь молиться за того человека, на которого возложен крест. Эта совместная молитва поможет ему правильно сориентироваться по отношению к людям и приходу. Человек должен понимать всю ответственность служения в кафедральном соборе. Кафедра – это возвышенное место, здесь все видно, поэтому светильник должен гореть, а не коптить.

За какие направления приходской работы вы отвечали в Храме Христа Спасителя?

 – Главное для священнослужителя – это храмовое богослужение. Кроме этого, на меня было возложено попечение о сайте кафедрального соборного храма. Я также занимался координацией социальных проектов, организацией преподавания в воскресной школе – с этого начинается приходская жизнь любого храма, а в Храме Христа Спасителя она начиналась с нуля. Так что мне приходилось соприкасаться практически со всеми направлениями приходского служения.

Кажется, там приход успешно сложился?

– Храм живет. Может быть, у прихода что-то болит, что-то чрезмерно развивается, но я надеюсь, со временем приходская жизнь в Храме Христа Спасителя окончательно войдет в нужное русло.

В нашей Церкви есть как бы две традиции диаконства: «профессиональные диаконы», обладающие талантом красиво служить, и диаконство как «ступенька» к священническому служению, которую проходят быстро. Вы в глазах многих – в первую очередь «профессиональный» диакон, и Ваше возведение в священнический сан могло показаться неожиданным…

– Долг любого священнослужителя – быть в том месте, в которое его призывают. Первоначальным было желание послужить в иерейском сане. Диаконство тогда, действительно, воспринималось как некий переходный этап. Храм, в котором я начинал служить, был очень разрушенным, он находился в отдаленном спальном районе – Ново-Переделкине, и там нужен был в первую очередь не диакон, а священник.

Но я, может быть, получил от Бога некий талант красивого благоговейного служения в сочетании с вокальными данными. И приснопамятный Патриарх Алексий II в тот момент, когда в Москве возрождалась церковная жизнь, посчитал более полезным мое служение в диаконском достоинстве. Я воспринял это как послушание, и все мое внимание было сосредоточено на том, чтобы воспринять старинные диаконские традиции, носителями которых являются архидиакон Андрей Мазур и протодиакон Владимир Назаркин. Но желание послужить в сане священника оставалось. Поэтому когда Святейший Патриарх Кирилл посчитал необходимым меня рукоположить в иерейский сан, мне было очень радостно.

Кстати, диакон, если он внимательно служит, знает богослужение со всех сторон, особенно же протодиакон. Протодиакон – это стержень службы, он должен быть готов очень корректно, мягко и незаметно помочь в случае необходимости служащему архиерею или священнику.

Диакон должен знать и священнические действия, и диаконские, и пение, и чинопоследование службы. Это, безусловно, особое служение. Те, кто воспринимает его как промежуточный этап, заблуждаются, и это часто можно увидеть воочию. Так, когда молодые священники проходят практику в соборе, так называемый сорокоуст, можно порой заметить, что они совершенно не знают священнической стороны совершения богослужений, хотя до того несколько лет служили диаконами. Возникает вопрос: «А куда ты смотрел?»

Как Вы приняли решение вступить на путь церковного служения?

– Я вырос в совершенно нецерковной семье с воинскими традициями. То, что я ушел от этой стези, родными поначалу было воспринято очень болезненно. Крестился я в восемнадцать лет. Желание стать членом Церкви у меня было и раньше, но только после восемнадцатилетия отец разрешил мне, сказав, что я теперь совершеннолетний и сам отвечаю за себя.

Меня крестил отец Валериан Кречетов в акуловском храме под Одинцово, и я очень ему благодарен. Он помог мне прислушаться к тому, что звучит в сердце у людей, принимающих крещение во взрослом возрасте. Кроме того, у меня всегда было тяготение к истории, к древним традициям, и всегда в голове звучали вопросы: почему же традиции сохраняются, если все это ненужно и неправильно? Я еще застал то время, когда в школе показывали разоблачительные опыты: как священники делают самовозгорающиеся свечи, плачущие иконы и так далее. Но через лесочек на даче у нас был храм, и мы тайными тропами пробирались туда на Пасху. Было интересно: для чего они ходят крестным ходом? что они с этого имеют, если Бога нет? Все эти вопросы оставались, когда я достиг юности. Отчасти их разрешил отец Валериан Кречетов, когда «держал меня за руку» после крещения.

Потом я принял решение поступать не в военное училище, а в Историко-архивный институт. На уроках палеографии мы изучали тексты Священного Писания, и по крупинкам мозаика у меня в голове складывалась.

Когда в 1991 году в жизни государства наступил переломный момент – произошла попытка военного переворота, люди ходили на митинги, защищали Белый дом – у меня совершенно перевернулось сознание. Я увидел, что все меняется: способы управления государством, политические системы… Все это нестабильно, хрупко, а Церковь существует почти две тысячи лет. И я выбрал то, что неизменно.

На последнем курсе института я пришел в храм в Ново-Переделкине и попросился работать там в качестве кого угодно. Мне сказали, что без рекомендации не возьмут. Тогда я пошел грузчиком в книжный магазин Троице-Сергиевой Лавры и заручился рекомендацией. Меня взяли в храм в качестве ночного сторожа и дворника. Удивлялись: «У тебя уже почти есть университетский диплом, неужели ты будешь дворником? – Буду. Хочу кем угодно, лишь бы при церкви».

Итак, начал я с дворника и ночного сторожа, потом дежурил на богослужении. Однажды бабушки попросили помочь им на клиросе. Я признался, что петь совершенно не умею. «Ничего, главное, гуди басом одну ноту», - сказали они. Потом вошел в алтарь…

Так я прошел послушания от дворника до протодиакона и священника. Я очень благодарен Богу за все.

Беседовала Мария Хорькова

Фото сайта Храма Христ Спасителя

 


Как помочь нашему проекту?

Если вам нравится наша работа, мы будем благодарны вашим пожертвованиям. Они позволят нам развиваться и запускать новые проекты в рамках портала "Приходы". Взносы можно перечислять несколькими способами:

Yandex money Яндекс-деньги: 41001232468041
Webmoney money Webmoney: R287462773558
Sberbank money На карту Сбербанка: 4279380016740245

Также можно перечислить на реквизиты:

Автономная некоммерческая организация «Делай благо»
Свидетельство о регистрации юридического лица №1137799022778 от 16 декабря 2013 года
ИНН – 7718749261
КПП – 771801001
ОГРН 1137799022778
р/с №40703810002860000006
в ОАО «Альфа-Банк» (ИНН 7728168971 ОГРН 1027700067328 БИК 044525593 корреспондентский счет №30101810200000000593 в ОПЕРУ МОСКВА)
Адрес: 107553 Москва, ул. Б. Черкизовская д.17
Тел. (499) 161-81-82,  (499) 161-20-25

В переводе указать "пожертвование на уставную деятельность".

Если при совершении перевода вы укажите свои имена, они будут поминаться в храме пророка Илии в Черкизове.