Безопасно ли наказывать собственных детей?

06.07.2016

20131203529d9409f3c0e.jpg

Сегодня практически ни одно издание, а уж тем более ни один родитель не оставили без внимания поправки к Уголовному кодексу Российской Федерации, которые, по мнению большинства авторов, разрешают «сажать» родителей в случае, если «шлепнут ребенка пониже спины».

Вопросы о том, какие педагогические приемы допустимо применять в семье, можно ли наказывать ребенка и как это делать, у меня, как у любого родителя, вызывают многочисленные размышления и заставляют формировать свое личное и наше с супругом семейное отношение к этому вопросу с учетом нашего личного опыта, религиозных взглядов и того, как мы сами были воспитаны. Но пусть публично о методах воспитания  размышляют люди, которые имеют достаточный опыт и знания, – педагоги, психологи, священники. Это, как мне кажется, более правильно. Мне же хотелось поразмышлять о том, «так ли страшен закон, как его малюют», не преувеличены ли опасения родителей и общественности, и существуют ли действительно основания для тревоги.

Как было до поправок?

На сегодняшний день (пока нашумевшие поправки еще в силу не вступили) в Уголовном кодексе действует статья 116 «Побои», согласно которой нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших легкого вреда здоровью, вызвавших кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, является уголовно наказуемым деянием. Ответственность за данное нарушение может быть в виде штрафа в размере до 40 тысяч рублей либо в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до 3 месяцев, либо обязательных работ на срок до 360 часов, либо исправительных работ на срок до 6 месяцев, либо ареста на срок до 3 месяцев.

При этом, если данное преступление совершается с отягчающими обстоятельствами, как то: из хулиганских побуждений или по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы – наказание увеличивается, и виновный в указанном преступлении может быть лишен свободы на срок до 2 лет.

Норма о побоях для российского законодательства не новая, она содержалась в статье 157 Уголовного кодекса  РСФСР 1922 года, в статье 146 Уголовного Кодекса РСФСР 1926 года и в статье 112 Уголовного кодекса РСФСР 1960 года¹. Ниже в таблице приведем сравнительный анализ видов наказания за указанное преступление в уголовных кодексах советского и российского периодов.

 Таблица 1.png

Если мы внимательно посмотрим на перечисленные санкции и их динамику, то обнаружим законодательную тенденцию к смягчению ответственности за нанесение побоев, не влекущих вред здоровью. За сто лет год лишения свободы был заменен на три месяца ареста, что явно свидетельствует о том, что государство, хотя и не переставало считать побои преступлением, но степень его общественной опасности оценивало как низкую, а для того, чтобы все же сдерживать рост подобных преступлений, предусматривало достаточно значительные штрафы, в целом тоже соразмерные причиненному общественному вреду.

Кроме того, ознакомившись с нормами российских уголовных кодексов разных лет, также можно сделать вывод и об их субъектном составе. В период существования этих норм субъекты особо не персонифицировались – субъектом статьи мог быть любой деликтоспособный человек, т.е. человек, достигший определенного возраста и способный нести ответственность за совершенное им действие. При этом в законодательстве не уточнялось, может ли преступник быть родителем, а потерпевший – ребенком или наоборот.

С учетом того, о чем сказано выше, применительно к ситуации, когда родитель нанес ребенку побои, вывод однозначен. Согласно действующему российскому уголовному законодательству, такой родитель может быть привлечен к уголовной ответственности, в том числе арестован на срок до 3 месяцев.

Что такое «побои» и «иные насильственные действия»?

Отличительным признаком этого преступления, предусмотренного статьей 116 УК РФ, является причинение физической боли без видимого (очевидного) причинения вреда здоровью человека, т.е. без телесных повреждений и других признаков, констатируемых при наблюдении потерпевшего.

С медицинской точки зрения боль трактуется как своеобразное психическое состояние человека, определяющееся совокупностью физиологических процессов центральной нервной системы, вызванных к жизни каким-либо сверхсильным или разрушительным раздражением, хотя единого понимания термина «боль» ни в юридической, ни даже в медицинской литературе не встречается.

С внешней стороны побои состоят в разнообразных активных действиях, причиняющих физическую боль, причем и интенсивность, и характер действий таковы, что в их результате не наступает длительного расстройства здоровья. Побои характеризуются многократным нанесением ударов. Медицинскими критериями квалифицирующих признаков в отношении нанесения побоев или совершения иных насильственных действий являются: поверхностные повреждения, в том числе ссадины, кровоподтеки, ушибы мягких тканей, включающие кровоподтек и гематому, поверхностные раны и другие повреждения, не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности. Иные насильственные действия, причиняющие физическую боль, состоят в щипании, сечении, воздействии огнем и иными природными биологическими факторами (включая использование животных и насекомых), если это сопряжено с причинением физической боли².

Кроме того, судебная практика свидетельствует, что важным моментом также является и наличие прямого умысла на причинение физической боли³, а также нанесение нескольких ударов⁴.

Таким образом, очевидно, что если родитель однократно шлепает расшалившегося малыша, не желая при это сделать ему больно, а скорее, чтобы привлечь его внимание (если по какой-то причине иначе это сделать невозможно) или бьет по руке или резко (пусть болезненно) отталкивает ребенка от опасности (например, от розетки, куда малыш тянет руку, или от бегущей на него собаки и т.п.) или совершает какое-то иное аналогичное действие, направленное на воспитание либо обеспечение безопасности своего ребенка, то такое действие не является побоями.

Скорее, ответственность может быть применена к родителям в тех случаях, когда действительно находясь в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, в состоянии неконтролируемой агрессии и т.п. родитель сознательно желает сделать своему ребенку больно.

Допустимо ли в этом случае применять наказание и какое, решает суд, но да, имеющееся законодательство такое действие может оценивать как опасное, потому что ребенок в семье – месте, где он должен получить поддержку и защиту – получает еще большую угрозу своему здоровью как физическому, так и психическому. Думается, что именно от этого и призвана защитить рассматриваемая нами норма статьи 116 УК РФ.

Кроме того, следует отметить, что на сегодняшний день дела по данной статье – дела частного обвинения. Это означает, что виновное лицо может быть освобождено от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ) либо в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ).

Таким образом, у любого, даже у самого плохого родителя, чей ребенок оказался вынужден обратиться за защитой в полицию, есть возможность избежать наказания, чтобы произошло не разрушение семьи,  расставание ребенка с родителем (пусть и на небольшой срок), а оставление этого вопроса на внутренний контроль семьи. И в этом смысле примирение и деятельное раскаяние – как нельзя лучшие инструменты предотвращения государственного наказания.

Вместе с тем толкование действующей нормы и на сегодняшний день не так однозначно, чтобы говорить о том, что применения ремня (или другого предмета) для порки ребенка родителем или любым другим лицом – однозначно ненаказуемое действие. Но то, как сформулирована была норма сейчас, без выделения особых субъектов, говорило о том, что на протяжении, по крайней мере, века семья могла сама справляться со своими проблемами, лишь изредка обращаясь к государственному механизму за защитой.

Какие изменения могут произойти?

Однако все меняется в текущем году. Изначально Верховный суд РФ высказал предложение по декриминализации побоев в целом⁵ – было предложено перевести их в разряд административных проступков с сохранением в Уголовном кодексе лишь побоев, совершенных из хулиганских побуждений, а равно по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, а также побоев, совершенных лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичные нарушения. И хотя эта инициатива была подвергнута критике⁶, тем не менее, законопроект был подготовлен и внесен в Государственную Думу на рассмотрение.

Внесенный 14 декабря 2015 года законопроект был стремительно принят Думой и 29 июня 2016 года одобрен Советом Федерации, с большим количеством изменений в регулировании рассматриваемого нами вопроса⁷.

Во-первых, побои не были декриминализированы полностью, как это предполагалось, – сохранилась уголовная ответственность если они совершены в отношении близких лиц, а именно близких родственников (супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные (удочеренные) дети, родные братья и сестры, дедушки, бабушки, внуки), опекунов, попечителей, а также лиц, состоящих в свойстве, или лиц, ведущих общее хозяйство.

Нет, не было введено нового состава преступления для «близких лиц», он действительно, как можно видеть из данного выше анализа, был и раньше, но в данном контексте возникает вопрос: а почему данное деяние в отношении близких лиц стало опаснее, по мнению государства (раз оно остается в УК РФ), чем то же деяние, совершенное посторонним человеком? Почему сто лет этой опасности не было, ее никто даже не обсуждал, и вдруг семья стала самым главным источником опасности для ребенка?

Более того, почему введен именно этот термин «близкие лица», который до сих пор не имел применения в законодательстве? Этот термин активно обсуждается и не имеет единого понимания в научной литературе⁸, а значит, явно является камнем преткновения в правоприменительной практике, т.к. помимо близких родственников он охватывает также и лиц, ведущих общее хозяйство. А уж это вообще не очень ясно кто. Сожители? Квартиранты? Соседи по коммунальной квартире? Принятые на попечение дальние родственники и знакомые?

Сенатор Андрей Клишас, поддерживающий законопроект, утверждает, что законодатели ничего нового не придумали и такая уголовная ответственность была и раньше: «Мы исходим из простой посылки: если ребенку нанесены побои на улице, то его, в первую очередь, защищают родители, и потом – закон. Если ребенка ударил родитель, то ребенка должен защитить закон. Любой человек в своей семье должен быть максимально защищен. На это и направлены поправки»⁹.

Однако слова сенатора мы поставим по сомнение, и вот почему (см. Таблицу №2).

 Таблица 2.png

Нехитрое наблюдение показывает, что родителям, детям и «близкому кругу» не только не снизили ответственность, как было по первоначальной воле Верховного суда, но по чьему-то недосмотру или злому умыслу, наоборот, усилили ответственность, дав возможность не просто применить наказание за довольно незначительное нарушение, но разлучить семью, т.к. максимальное наказание за данное нарушение – 2 года лишения свободы (!).

Такое развитие событий, как минимум, вызывает недоумение, а как максимум – опасение. В частности, оно очень точно сформулировано в Заявлении Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства в связи с принятием новой редакции статьи 116 Уголовного Кодекса РФ¹⁰: «… Должна быть вполне очевидна абсурдность предполагаемого новой редакцией статьи 116 Уголовного кодекса наказания (до двух лет лишения свободы), в случае его применения к добросовестным родителям за воспитательное воздействие на ребенка. Ведь такое наказание будет явно избыточным и несоразмерным, нанесет самому ребенку тяжкий и непоправимый вред. Потеря родителей на долгое время – настоящая травма, уж явно более глубокая, чем шлепок пониже спины». И этим аргументом трудно несогласиться.

Ведь одно дело – причинение вреда здоровью: ушибы, сильные синяки, другие повреждения, когда есть реальная угроза жизни и здоровью ребенка. Но это уже тогда не побои, это уже иные составы преступлений, предусмотренные другими статьями УК РФ. Так почему такая суровая и несоразмерная ответственность?

Во-вторых, нельзя обойти вниманием и тот факт, что если раньше дела о побоях были отнесены к категории дел частного обвинения, т.е. инициировались потерпевшим или его законным представителем и могли быть прекращены деятельным раскаянием или примирением сторон, то новый законопроект переводит данные дела в категорию частно-публичных, т.е. тех, которые не подлежат прекращению по примирении сторон, что также вызывает множество вопросов. Неужели родители не могут примириться с ребенком и постараться исправить ситуацию, даже если побои были реальны, не говоря уже о том, когда речь шла о добросовестных действиях родителей и о глупости со стороны ребенка по обращению с заявлением? Почему примириться будет нельзя, а заплатив судебный штраф (до 250 тыс. руб., который также вводится анализируемым законопроектом), прекратить дело можно? Нет ли стремления получить дополнительный источник дохода для бюджета в этом желании справедливого наказания?

Так, Елена Мизулина утверждает, что принятые законодательные изменения носят дискриминационный характер по отношению к членам семьи: «Они противоречат основным задачам государственной семейной политики, направленной на поддержку, укрепление и защиту семьи. У меня нет ответа на вопрос, чем обосновано такое ужесточение ответственности во внутрисемейных отношениях. Все это выльется в непредсказуемую правоприменительную практику, связанную с необоснованным изъятием детей из семьи. Это нанесет непоправимый вред семейным отношениям, что и вызывает справедливое возмущение общественности»¹¹.

У меня также на все обозначенные вопросы нет ответа. Приходится констатировать, что указанный закон все-таки не только усиливает ответственность родителей за применение физических наказаний, но и совсем иначе расставляет акценты, чем ранее действующее законодательство, а именно обозначает семью как источник повышенной опасности для ребенка, что само по себе не очень естественная и здоровая общественная ситуация.

Хочется верить, что все-таки обоснованный общественный резонанс будет принят во внимание Президентом России при решении вопроса о подписании этого закона. А еще хочется выразить надежду, что не методом привычного кнута в виде уголовных запретов будут воспитывать семьи, а посредством просветительских бесед, встреч со специалистами, семейных клубов, приходских сообществ, где более опытные родители и специалисты могли бы делиться добрыми плодами и методами воспитания, тогда и нужда в подобных законах отпадет, а если они сами и останутся, то применять их будет не к кому.

Ирина МИКУРОВА (ЧУБУКОВА),
кандидат юридических наук

Примечания:

¹УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РСФСР (утв. ВС РСФСР 27.10.1960) (в ред. Указа Президиума ВС РСФСР от 03.12.82, Закона РФ от 20.10.92 N 3692-1 - Ведомости ВС РСФСР, 1982, N 49, ст. 1821; Ведомости СНД РФ и ВС РФ, 1992, N 47, ст. 2664) // http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_2950/

²Костылева Г.В., Данилова С.И., Муженская Н.Е. Особенности производства дознания по уголовным делам о причинении легкого вреда здоровью и побоях (ст. 115, 116 УК РФ) // (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2008)

³См. например, Постановление президиума Пермского краевого суда от 08.02.2012 по делу N 44у-22/12, Постановление Президиума Саратовского областного суда от 09.12.2013 по делу N 44-у-184/

⁴См. например, Постановление Президиума Оренбургского областного суда от 16.09.2013 N 44у-422-2013.

⁵Постановление Пленума Верховного Суда РФ  от 31 июля 2015 года N 37 // СПС КонсультантПлюс, 2016.

⁶Быков В.М. Об инициативе Верховного Суда РФ о смягчении наказания лицам, совершившим преступления небольшой тяжести // Законность. 2015. N 11. С. 60 – 63.

⁷Постановление СФ №352-СФ.

⁸См. например, Медведев Е.В. Понятие близкого лица в уголовном праве и уголовном процессе // Адвокатская практика. 2013. N 4. С. 2 – 4, Никонов И.Е. Содержание уголовно-правового понятия «близкие лица» // «Российский следователь», N 4, 2004 Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. М., 1996. С. 413,  Уголовное право России. Особенная часть: Учебник / Под ред. А.И. Рарога. 2-е изд. М., 1997. С. 19 – 20.

⁹Н.Вятчанин «Новому созыву Думы придется «идти в народ» // Парламентская газета, 4 июля 2016.

¹⁰ http://pk-semya.ru/novosti/item/5447-zayavlenie-patriarshej-komissii-po-voprosam-semi-zashchity-materinstva-i-detstva-v-svyazi-s-prinyatiem-novoj-redaktsii-stati-116-ugolovnogo-kodeksa-rf.html

¹¹Н.Вятчанин. «Шлёпнул ребёнка – до двух лет тюрьмы»// Парламентская газета, 29 июня 2016 года // https://www.pnp.ru/news/detail/133673


Как помочь нашему проекту?

Если вам нравится наша работа, мы будем благодарны вашим пожертвованиям. Они позволят нам развиваться и запускать новые проекты в рамках портала "Приходы". Взносы можно перечислять несколькими способами:

Yandex money Яндекс-деньги: 41001232468041
Webmoney money Webmoney: R287462773558
Sberbank money На карту Сбербанка: 4279380016740245

Также можно перечислить на реквизиты:

Автономная некоммерческая организация «Делай благо»
Свидетельство о регистрации юридического лица №1137799022778 от 16 декабря 2013 года
ИНН – 7718749261
КПП – 771801001
ОГРН 1137799022778
р/с №40703810002860000006
в ОАО «Альфа-Банк» (ИНН 7728168971 ОГРН 1027700067328 БИК 044525593 корреспондентский счет №30101810200000000593 в ОПЕРУ МОСКВА)
Адрес: 107553 Москва, ул. Б. Черкизовская д.17
Тел. (499) 161-81-82,  (499) 161-20-25

В переводе указать "пожертвование на уставную деятельность".

Если при совершении перевода вы укажите свои имена, они будут поминаться в храме пророка Илии в Черкизове.