Одиночество в Церкви. Что делать?

09.09.2015

lori-0001515139-bigwww.jpg

Одинокие и до поры, до времени активные люди – очень полезные члены общины, можно сказать, ее тягловая сила. Парадокс в том, что присутствие и потребности их внутри общины как-то не замечаются. Одинокие мужчины и женщины зрелого возраста вообще не рассматриваются как отдельная категория лиц, нуждающихся в особом внимании. Правильно ли, что в следующий раз объектом внимания прихода такой человек станет, только когда превратится в лежачего больного? Об этой проблеме размышляет Ольга КИРЬЯНОВА.

Однажды, лет восемь назад, мне довелось побывать на свадьбе в одном известном московском приходе. Сплоченность  большой общины этого храма подкреплялась еще и тем, что большая часть прихожан имела непосредственное отношение к среднему учебному заведению социального профиля, действующему при больнице, частью которой и являлся храм. То есть после венчания за столом в просторной трапезной собрались преимущественно педагоги и выпускники училища, а также люди, несшие различные приходские послушания по милосердному служению ближним. Таков вектор развития общины, который был задан настоятелем, являвшимся также духовником для подавляющего большинства присутствующих.

Собственно, и трогательная история знакомства и зарождения любви молодой пары была неразрывно связана с этой же сферой милосердного служения. Она много лет работала воспитательницей в детском приюте, щедро делясь с обездоленными малышами теплом своего нежного и доброго сердца, а он был новым сотрудником той же организации. Пришел, увидел и был покорен.

Атмосфера за свадебным столом царила оживленная и радостная, как и подобает на таком торжестве. После многочисленных напутствий духовных лиц, здравиц и многолетий, перемежаемых возгласами: «Горько!», слово попросила подруга невесты. «Я очень рада за Н., – сказала она, – И рада, что потерпел фиаско наш совместный план, составленный давным-давно на случай, если у нас обеих замуж выйти не получится. На этот случай мы с ней решили к старости съехаться и жить вместе в квартире одной из нас, чтобы сдавать вторую и жить на эти деньги».

Признаться, меня эти слова тогда поразили до глубины души, хотя, кажется, никто особенно над ними тогда не задумался – праздник продолжался дальше своим чередом.

Девушки, обладавшие природным здравомыслием, безусловно, нашли очень разумный выход. Двум женщинам в преклонном возрасте, действительно, легче выжить вместе, чем поодиночке. Но этот план с предельной резкостью обозначил трезвое понимание обеими того факта, что дела до них в старости не будет никому.

Напомню, девушки имели непосредственное и долговременное отношение к приходу, внебогослужебная деятельность которого была направлена именно на милосердное служение ближним. Но, похоже, обе не особенно на это рассчитывали в отношении самих себя.

Проблема возникла не вчера. Давайте признаемся честно, одинокие и до поры, до времени активные люди – очень полезные члены общины, можно сказать, ее тягловая сила. Именно они, как правило, составляют активный приходской костяк. У них есть время и возможность посвящать себя различным послушаниям – от мытья церковных полов, до преподавания в воскресной школе и патронажного ухода за лежачими больными. Как правило, на каждый новый призыв о помощи со стороны Церкви такие люди откликаются очень искренне и горячо, потому что хотят быть нужными и востребованными. В основной массе, конечно, это женщины в возрасте от 25 – 55 лет. Самый активный и творческий период жизни они по зову души самоотверженно посвящают Церкви. Но постепенно жизненные силы сходят на нет, подступающая старость со своими болячками делает их менее активными, менее динамичными, порой и менее сообразительными. При этом, вопрошаю с горечью, не менее ли  нужными и значимыми для прихода?

Парадокс в том, что присутствие и потребности одиноких мужчин и женщин зрелого возраста внутри общины как-то не замечаются. Они вообще не рассматриваются как отдельная категория лиц, нуждающихся в особом внимании. В самом деле, когда рядом так много нуждающихся – многодетные семьи, с трудом сводящие концы с концами, инвалиды и тяжело больные старики – как-то непонятно, в каком особом внимании и участии нуждается взрослый, самостоятельный и внешне самодостаточный человек.

Разумеется, есть на приходах кружки по интересам, воскресные школы для взрослых, любительские хоры, экскурсии и т.д. Но, все это, в основном, для неофитов. Человек, деятельно проживший в приходе не один десяток лет, как правило, прочитал большинство нужных духовно-просветительских книг, объехал доступные святые места, занял прочную позицию на клиросе или же, наоборот, убедился в своей полной неспособности к этому служению. Он знает и понимает гораздо больше, чем среднестатистический прихожанин. Хорошо еще, если мудрый настоятель привлечет такого человека к посильному несению труда приходского консультанта, что позволит еще какое-то время помогать приходу. Но, как правило, такую деятельность поручают более молодым, чтобы набирались опыта, а со временем становились новым костяком приходского актива.

Наступает момент, когда пожилых одиноких людей, бывших общинных активистов, с приходом начинают связывать только горизонтальные дружеские каналы общения – с давно знакомым батюшкой или себе подобными ровесниками. И это в тот момент, когда они острее всего начинают ощущать свое одиночество. Но батюшек, порой перемещают, ровесники уходят. А новые люди прихода ничего не будут знать о том, кто и когда здесь трудился.

К сожалению, существует большая вероятность того, что в следующий раз объектом внимания прихода пожилой одинокий человек станет только тогда, когда превратится в лежачего больного. Но в помощи и поддержке такой человек начинает нуждаться гораздо раньше.

В советское время на предприятиях была своя система поощрения ветеранов производства. Была доска почета, куда вывешивали их фотографии. Был институт шефства, когда пожилой и опытный мастер становился наставником молодого. Было чествование ветеранов на заводских праздниках и персональное приглашение их на различные культурные мероприятия. Существовала, простите за прагматизм, система выдачи продовольственных наборов к праздникам, где присутствовали деликатесы, пенсионеру не всегда доступные. А самое главное – имена ветеранов знали, о них отзывались с уважением и приводили в пример молодым. Честное слово, жаль, что эта система попечения о стариках ушла в прошлое. Стоило бы нечто оттуда и позаимствовать.

Коснусь и еще одного больного вопроса. В жизни одинокого старика рано или поздно наступает момент, когда он уже не в силах себя обслуживать самостоятельно, при этом не являясь лежачим больным. Но весь мир для него сужается до размеров квартиры. А еще он попадает в зону риска, становясь как владелец недвижимости объектом пристального внимания криминальных структур.

Революция уничтожила институт приходских и монастырских богаделен. Сегодня он только возрождается, с большими трудностями. Количество людей, которое способны принять немногочисленные церковные старческие приюты, невелико. А потребность в этом огромна общество стремительно стареет. Бизнес, уже «просекший тренд», стремительно заполняет нишу коммерческими приютами и домами престарелых. В одном Подмосковье их действует уже более десятка. Но пациентов туда, как правило, отвозят родные, которые и оплачивают пребывание.

Порой в голову закрадывается крамольный вопрос: почему же Церковь остается в стороне от проблемы? Убеждена, что многие люди с радостью оплачивали бы уход за стариками  именно церковным геронтологическим структурам. И если монастырям в большинстве случаев такая деятельность сейчас не под силу из-за нехватки рук, то для приходов создание приютов представляется задачей более посильной – при отсутствии специального помещения хотя бы в формате аренды многокомнатной квартиры или дома, где могли бы жить призреваемые.

Это сразу создает дополнительные рабочие места для прихожан – врачей, нянечек, поваров. Да и сами одинокие старики с бо́льшим доверием переселялись бы в такие приходские церковные приюты, получая там уход и заботу в обмен на, скажем, наследование приходом их квартиры. Между прочим, пять-шесть таких пациентов, опекаемых общиной, могли бы своим взносом в виде недвижимого имущества здо́рово продвинуть программу строительства новых храмов в Москве – квартиры в столице нынче дороги. А имена их были бы вписаны в синодик на вечное поминовение в нововозведенном  храме.

Разумеется, здесь есть много разных рисков. Так не стоит ли подумать над проблемой с привлечением юристов, врачей-геронтологов и других профильных экспертов, чтобы совместно выработать ее решение? Время уже не ждет.

Ольга КИРЬЯНОВА


Как помочь нашему проекту?

Если вам нравится наша работа, мы будем благодарны вашим пожертвованиям. Они позволят нам развиваться и запускать новые проекты в рамках портала "Приходы". Взносы можно перечислять несколькими способами:

Yandex money Яндекс-деньги: 41001232468041
Webmoney money Webmoney: R287462773558
Sberbank money На карту Сбербанка: 4279380016740245

Также можно перечислить на реквизиты:

Автономная некоммерческая организация «Делай благо»
Свидетельство о регистрации юридического лица №1137799022778 от 16 декабря 2013 года
ИНН – 7718749261
КПП – 771801001
ОГРН 1137799022778
р/с №40703810002860000006
в ОАО «Альфа-Банк» (ИНН 7728168971 ОГРН 1027700067328 БИК 044525593 корреспондентский счет №30101810200000000593 в ОПЕРУ МОСКВА)
Адрес: 107553 Москва, ул. Б. Черкизовская д.17
Тел. (499) 161-81-82,  (499) 161-20-25

В переводе указать "пожертвование на уставную деятельность".

Если при совершении перевода вы укажите свои имена, они будут поминаться в храме пророка Илии в Черкизове.

Яндекс.Метрика