Епископ Силуан о пушкинских местах и «Капитанской дочке»

13.03.2017

Деревенская дорога

Возвращаемся к рассказу о Колпашевской епархии. Правящий архиерей Нарымского края – о филологических и философских особенностях русской литературы и современной жизни. Сорокапятилетний епископ Колпашевский и Стрежевской Силуан возглавляет новую епархию четыре года. После школы работал в опытно-конструкторском бюро слесарем, окончил филологический факультет Калининградского университета. Четыре года нес пастырское служение в Магадане, где принял монашеский постриг. Четырнадцать лет был игуменом Богородице-Алексеевского монастыря в Томске. Теперь его кафедральный храм находится в 340 километрах от Томска.

 

Владыка, а Вы пишете  рассказы или стихи?

– Я в детстве хотел  стать писателем. Но не стал.

Епископ Силуан

Епископ Силуан

Какие писатели были  близки Вашему сердцу?

– Традиционный набор православного  молодого человека, который решил  посвятить себя Церкви, – Достоевский и, конечно, Пушкин. Я для себя  его открыл в университете. У  нас был семинар по «Капитанской  дочке», и я на семинаре стал говорить  об отражении действия Промысла Божия в судьбе героя, – том, как герои предаются на волю Божию и как благодаря этому все, в конце концов, устраивается в их жизни. Не без испытаний, с трудностями, но устраивается. Пушкин здесь, действительно, отражает объективную реальность, как она есть. Это не только мир видимый, но и невидимый. Логика нашей жизни лежит за гранью видимого, она в духовном мире. Чтобы понимать жизнь и жить правильно, не жалея о содеянном, нужно быть причастным духовному миру, тогда ты начинаешь понимать себя, окружающих и жизнь всего мира. Главные герои Пушкина это понимают.

Образы русских женщин

Образы русских женщин. Фото Ирины Юрьевны

У него много таких образов духовно высоких. Татьяна в «Евгении Онегине»... Поэзия, которая является переложением и богослужебных текстов, и библейских образов. Пушкин – очень глубокий человек и писатель. Тем более, что мое детство связано с пушкинскими местами. Родители выросли на Псковщине, по соседству с Пушкинскими горами. Мы очень часто в детстве бывали в Михайловском. Воцерковление, может быть, раскрыло для меня с большей глубиной его наследие.

Так вот, я свою интерпретацию сути «Капитанской дочки» высказал на втором курсе, это был 1991 год. И преподаватели оценили оригинальность мысли, потому что в советском литературоведении об этом еще не говорилось. Была еще советская эпоха, приходилось пока эзоповым языком что-то говорить, не напрямую, но как-то это нравилось уже – новые веяния, свежие мысли от какого-то там мальчишки.

Преподавательской деятельностью потом занимались?

– Только во время практики в университете я был какое-то время учителем школе. Калининградский  университет образован на базе педагогического института, поэтому у нас сохранилась практика работы в школе. Мне очень нравилось преподавание литературы, со старшеклассниками взаимопонимание  было хорошее. И мне эта педагогическая деятельность пригодилась потом.

Березы перед храмом

Березы перед храмом

Вы тогда уже верующим  были?

– Да, и все знали об  этом. У нас храм был один  в городе, туда ходили все, а я в алтаре прислуживал, читал  на клиросе. Интересно было, когда мои сокурсницы заходили по своим надобностям в храм, и вдруг меня видели в подряснике – такие глаза круглые, онемение. Потом, если вопросы появлялись, я готов был ответить.

А на четвертом курсе у нас преподаватели в это переломное время старались какие-то креативные подходы применять. Перестраивалось все, в том числе и общественное сознание, и наука. Преподаватель по общему литературоведению дал тему для письменной работы о Русской идее. Я написал, ему понравилось, и он рекомендовал для публикации в газете Калининградского университета. Факультет гудел. И когда на первую пару пришел другой преподаватель, первый его вопрос был ко мне: «Это Вы там о Русской идее пописываете?» Потом знакомые преподаватели мне говорили, что весь день на кафедре это обсуждали. Ну, а я там тоже хотел быть честным, и писал, как думал, хотя работа довольно наивная, по нынешним меркам вообще детская; но тогда еще ничего такого не публиковали, только Бердяева стали печатать о Русской идее.

Ильин?

– Ильина еще тогда не публиковали практически. Только  это начинало осваиваться, и вдруг  какой-то студент пишет о Православии, о том, что Русь нашла себя  в христианстве, нашла себя в  Церкви.

Алтарник

Алтарник

Демократичные у Вас там были преподаватели, репрессий  не применяли…

– Был уже 1992 год, другое время наступило.

Владыка, в Вашей биографии  написано, что Вы крестились в  Тверской области.  Как так  получилось?

– Мое воцерковление связано с владыкой Ростиславом, нынешним митрополитом Томским. Тогда он был молодым иеромонахом в Троице-Сергиевой Лавре и студентом МДА. К нему много ездило студенческой молодежи. А я поступал в МГУ после школы и там познакомился с верующими людьми, и они меня познакомили с владыкой. Я с ним вопросы какие-то разрешал, принципиальные для духовной жизни. А он сам из Тверской области, из Кимр. В одной из деревень его друг служил, село Вырец. В этой глухой деревушке старинный храм XIX века, и там я крестился. В речке. Он в этом отношении принципиален – считал, что надо полным погружением крестить, в «живой» воде.

Род Ваш из Псковской  области?

– Отовсюду понемножку. И из Липецкой области есть, и из Смоленщины, но больше всего – из Пскова.

Белый Яр. На литургии

Белый Яр. На литургии

Верующая семья?

– Нет. И когда я принял  решение креститься, сказал  родителям: «Сядьте в кресло». Мама  потом рассказывала, что сердце  обмерло, она не знала, чего  подумать, – с наркотиками связался  или еще что. И когда я сказал, что крестился, у нее от  сердца отлегло, с облегчением  это известие восприняла. Ей казалось, как большинству, наверное, родителей, что «это увлечение» пройдет. Советские мы были люди, приход первый в городе появился  только в 1985 году, а я родился  в 1972-м. У нас вообще ничего не  было, не было, где куличи освящать, куда за водой крещенской сходить. Вообще никаких традиций не  было. Яиц не красили. Библии у  нас не было. И разговоров о Боге не велось. Поэтому мое обращение – это чудо: не я нашел Бога, а Он меня нашел. Хотя, конечно, это было все же движение навстречу друг другу. Я Его тоже искал.

Я сказал родителям, и началась церковная жизнь. Они посмотрели-посмотрели, видят, что не проходит мое увлечение, «дурь» из меня не выбивается. Мама пыталась немножечко усложнить мою жизнь для вразумления. Родители готовили мясо, а гарнир – вермишель, картошка, вермишель, картошка. Они мясо, а мне – только гарнир, а я все это претерпевал, поэтому мама посмотрела, поняла, что все это серьезно, и сама стала ходить в церковь. И начала петь на клиросе. Она врач по образованию, но музыкой, пением всю жизнь увлекалась, ходила в народную капеллу и пела там лет десять до того, как я в Церковь пришел. А те, кто пели в капелле, потихоньку пели и на клиросе. Так, через клирос, она постепенно начала воцерковляться, потом начала исповедоваться, причащаться. И закончила мама свои дни на земле (она умерла три года назад) уже регентом.

А у отца какое образование?

– Инженер-конструктор. Сейчас  он на пенсии. Год назад закончил работать, в 71 год. Там, в Калининграде, у меня брат, родная тетя, двоюродные братья, племянники.

В храме

В храме

К Вам сюда приезжают?

– Отец был здесь. Родители  дважды в Томск приезжали, когда  я в монастыре был еще игуменом. А сюда в 2014 году отец приезжал. Мама когда-то меня даже благословила. Материнским сердцем почувствовала, что я монашество избираю, и как-то, хоть я и не говорил об этом прямо, она поняла и благословила меня на вокзале, помню, перед отъездом в Магадан. Я говорил, что, мол, на несколько месяцев еду, но мама-то все поняла и благословила.

А отец очень болезненно воспринял мой монашеский постриг. Но потом, когда оказались в Томске, посмотрели на монастырь, который созидался, на прихожан наших, которые с уважением относились ко мне и их окружили заботой, теплом, родители увидели, что чадо их уже нашло в жизни свой путь, состоялось, ну и как-то отец после этого успокоился. Да, все мы люди.

 

Елена ДОРОФЕЕВА

Фото Татьяны ПЕРЕЦ

Публикация подготовлена в рамках проекта, получившего грант Международного конкурса «Православная инициатива 2016-2017»


Код для вставки на блог или сайт (развернуть/свернуть)

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓
Вконтакте Facebook Twitter Одноклассники Телеграмм



Версия материала для печати
КАК ПОМОЧЬ НАШЕМУ ПРОЕКТУ?

Если вам нравится наша работа, мы будем благодарны вашим пожертвованиям. Они позволят нам развиваться и запускать новые проекты в рамках портала "Приходы". Взносы можно перечислять несколькими способами: 
- Яндекс-деньги: 41001232468041
- Webmoney: 391480072686
- На карту Сбербанка: 4279380016740245

Также можно перечислить на реквизиты Илиинского прихода: 

Наименование: Храм пророка Илии в Черкизове 
Юридический и фактический адрес: 107553, г.Москва, ул. Б.Черкизовская д.17  
ИНН/КПП 7718117618 / 771801001 
ОГРН 1037739274264  
ОКАТО 45263594000  
Банковские реквизиты:  
р/с 40703810900180000148 
в ОАО «МИнБ» г. Москва 
к/с 30101810300000000600 
БИК 044525600 

В переводе указать "пожертвование на поддержку сайта". 

Если при совершении перевода вы укажите свои имена, они будут поминаться в храме пророка Илии в Черкизове. 

Возврат к списку


Ценность молчания
25.07.2017 Почему-то миссия, особенно в интернете, понимается не как личный пример христианской жизни (живи так, чтобы другие захотели спросить тебя о Христе), но как способ перекричать собеседника... подробнее»