RSS

При поддержке Управления делами Московской Патриархии

Хайп и хейт

15.08.2017

реп-баттл.png

На днях в русскоязычном интернете случилось примечательное событие: была выложена в сеть видеозапись недавно прошедшего рэп-баттла между Оксимироном и Гнойным, которая лишь за первые сутки набрала более 10 миллионов просмотров. На нынешнем интернет-сленге успех в распространении сетевой информации посредством скандала или вызывающего поведения называется словом «хайп». Казалось бы, какое отношение все это имеет к проблемам христиан в современном мире? Тем не менее, поскольку это событие отражает господствующее умонастроение в современном обществе, то оно касается абсолютно всех и, в особенности, христиан.

 

Итак, что же такое рэп-баттл, и почему такой невероятный интерес к нему имеет столь важное значение для христиан? Итак, разберемся с понятиями. Рэп – это стиль речитатива, в котором исполняются авторские тексты, а баттл – в переводе с английского «битва». Таким образом, рэп-баттл представляет собой соревнование исполнителей, которые поочередно высказывают взаимные обвинения и насмешки в ритмичной форме чтения текста. Современная российская рэп-культура – это культура молодежи, поскольку подавляющая часть ее аудитории младше 30 лет.

Умение тонко работать с метафорами, языковая гибкость, скорость реакции и развитая память – несомненные достоинства хороших рэперов. Однако, если мы хотя бы несколько минут посмотрим этот самый знаменитый баттл, то увидим зашкаливающий уровень взаимной ненависти между участниками и отсутствие всякого уважения друг к другу. Парадоксально, но именно это и привлекает молодого зрителя, который живет в атмосфере ненависти, которая льется на него со всех экранов, переполняет интернет, встречается на улице и видится в отношениях между близкими людьми. Подобное тянется к подобному.

Наше общество, экономика и культура пронизаны борьбой, она является главным принципом их существования. Человек человеку – не «образ Божий», а волк, хотя и стильно одетый и имеющий айфон. Конкуренция за ограниченные ресурсы проникает во все сферы жизни, даже те, в которых она уничтожает исходный смысл деятельности, к примеру, в образовании и здравоохранении. Языческий культ успеха, понимаемого как завоевание денег и славы в непрерывном соревновании с себе подобными, наводняет умы людей с самого раннего детства. И все это неслучайно, а происходит из глубочайших установок мировоззрения, понимания бытия как раздора и войны. В свою очередь мир – это передышка между конфликтами, столь же случайная, сколь и недолговечная.

Удивительно то, что многие христиане принимают такое положение дел как должное и даже готовы освятить его умиротворяющими речами. Однако молодые люди резко чувствуют фальшь и пустоту официозной риторики духовности и нравственности. Это происходит потому, что у них еще жив «инстинкт истины», стремление к новому и подлинному, желание вложить свою бьющую через край энергию в самое великое. В свою очередь люди старших поколений, задавленные рутиной, разочаровавшиеся в надеждах, понимающие или чувствующие, что их лучшие годы позади, а течение жизни чем дальше, тем больше будет замедляться и мелеть, естественным образом, становятся склонными к консерватизму. Не отсюда ли происходит желание подавить, запретить и лишить голоса все инаковое?

Видя такое отношение, молодежь мучительно и саморазрушительно ведет поиск средств самовыражения и тех источников жизни и творчества, которые не находит в обществе и Церкви. Алча, но не находя спокойного, открытого, неназидательного, культурного, интеллектуального слова, которое должно звучать из церковной ограды, она неизбежно обращается к хтоническому и деструктивному. Нигилистическое отрицание всего положительного, всех идей, принципов и ценностей, которые на поверку оказываются лишь словесной шелухой, прикрывающей циничную и нескончаемую борьбу за существование и господство, – таков стандартный путь бунта. Молодые люди проходят страшные бездны отчаяния прежде чем вступить на край небытия в демоническом опустошении самих себя.

Однако изнутри мирской культуры невозможно увидеть альтернативы всему этому ужасу и мучительной пустоте. На смену устоявшимся образцам и стилям культуры приходят другие, которые, в свою очередь, вытесняются новыми. Апполон (бог порядка и разума) и Дионис (бог хаоса и страсти) кружатся в вечном танце борьбы и единства, и из этого кружения не существует естественного выхода.

Только Христос преодолевает унылую радость имманентной борьбы. И поэтому лишь христианство видит диалектику культуры, которая движется в ритме утверждения-отрицания. Поэтому перед Церковью сегодня, так же как и две тысячи лет назад, стоит колоссальный вызов: оживить мир, прежде оживив себя, преодолев естественную инерцию закрытости и подозрительности к миру. Молодежь – это соль христианства, а христианство – дело молодых. Здесь не идет речь о церковной «работе с молодежью», которая, как правило, сводится к елейности и прекраснодушию. Речь идет о гораздо более грандиозном – о деятельной, образованной и напряженной проповеди любви как основного принципа бытия. Любовь, а не борьба, жизнь, а не смерть, творчество, а не распад, радость, а не отчаяние – вот что обязаны возвещать христиане перед лицом мира, который не приемлет их, поскольку живет в борьбе, насилии и унынии.

Но прежде, чем выходить с проповедью к миру, христианам следует направить взоры вглубь самих себя. Неприятные, но неизбежные вопросы ждут своих ответов внутри Церкви: неужели просветительская и преображающая миссия христианства провалена? Неужели был прав Ницше, который обвинял христианство в том, что оно борется с жизнью, силой, здоровьем и творчеством, а христиане – это угрюмые, подозрительные и бесплодные люди, главным оружием которых всегда была ненависть? Неужели христиане не призваны всегда радоваться, творить и вдохновлять весь мир, оживлять культуру вечной молодостью?

Олег ДАВЫДОВ

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓

Возврат к списку